«Скотный двор»: как превратить политическую сатиру в посредственную анимацию
Энди Серкис осуществил давнюю мечту, адаптировав «Скотный двор» Джорджа Оруэлла, но результат оказался разочаровывающим. Фильм упрощает глубокую политическую притчу, превращая её в предсказуемую историю с сомнительной анимацией и излишне «детским» подходом.
Оказывается, всё, чего не хватало Джорджу Оруэллу, чтобы донести свою мысль в бессмертной повести о сталинизме и развращающей силе власти, — это пара шуток про пердеж. Именно этим руководствовался Энди Серкис, известный многим как «Голлум», выступив режиссером этой слабой анимационной адаптации литературной классики. Возможно, найдутся те, кто скептически отнесется к критике инициативы сделать книгу доступной для нового поколения. В конце концов, «Скотный двор», помимо того что является невероятно эффективной политической притчей, вышедшей в 1945 году, предназначался в том числе для чтения подростками. Миллионы учеников в США, Великобритании и других странах сдавали по нему экзамены, поэтому вполне логично, что киноиндустрия, привыкшая перерабатывать популярные франшизы, обратилась к такой классике.
«Скотный двор» версии 2026 года разворачивается, как и в повести, на пришедшей в упадок ферме, откуда изгнали нерадивого хозяина. Животные берут власть в свои руки и поначалу живут в идиллии, следуя своду правил, которые должны реализовать утопию. Однако очень быстро на ферме формируются новые классы. Свинья по имени Наполеон (озвучен Сетом Рогеном) самовольно занимает позицию лидера и начинает подминать правила под себя. Запреты на контакт с людьми и подражание им размываются, когда свиньи превращаются в класс правителей, а знаменитый девиз «Все животные равны» получает дополнение: «но некоторые равны более других».
Это сюжетное ядро звучит куда интереснее, чем то, что фильм предлагает на самом деле. Серкис и сценарист Николас Столлер («Маппеты», «В пролете») пошли на три критических изменения, которые лишают притчу её остроты. Во-первых, это решение передать историю через глаза нового персонажа — невыносимо милого поросенка Лаки (озвучен Гейтеном Матараццо). Он всегда хочет помочь, дружит со всеми и, несмотря на ошибки, ведет животных к «правильному» поступку. Это типичный персонаж, созданный для продажи игрушек в детских обедах.
Второе изменение касается людей. Если в книге животные постепенно перенимают повадки своих бывших хозяев, здесь фильм добавляет ненужное измерение — хищную компанию, напоминающую футуристическую хайтек-корпорацию. Возглавляет её холодная злодейка, озвученная Гленн Клоуз. Превращение антагонистов из книги в одного карикатурного персонажа упрощает историю, держа зрителей за дураков. Вместо анализа постепенного развращения личности нам дают четкого «злодея», с которым нужно бороться. Это противоречит духу Оруэлла.
Третье изменение — финал. Он полностью нивелирует оригинальную концовку, словно продюсеры требовали добавить «счастливый конец» ради детей.
Когда «Скотный двор» вышел в 1945 году, он справедливо воспринимался как текст против коммунизма. Оруэлл, левый интеллектуал, сражавшийся в Испании против фашизма, пошел против своего окружения, пытаясь вскрыть моральное падение СССР, понимая, что даже режимы, декларирующие социальную справедливость, быстро скатываются к жестоким механизмам власти. Этот исторический урок Серкиса и Столлера интересует меньше, чем создание «притчи о наших днях». Наполеона здесь легко можно считать аллегорией на Дональда Трампа или других современных политиков, которые очаровывают сторонников, а затем строят вокруг себя узкую элиту.
Фильм произведен полунезависимой студией Angel из Юты, ориентированной на семейный контент. В отличие от других их проектов, здесь нет миссионерских проповедей, но есть чрезмерное упрощение смыслов. Несмотря на уважение к амбициям Серкиса, который мечтал об этой адаптации с 2011 года, результат выглядит позорно. Анимация на редкость уродлива: персонажи имеют «мертвые» глаза и компьютерные контуры, что выглядит хуже, чем работы «Пиксар» в 90-х годах.
Сценарий явно нуждался в доработке, однако бюджет, по-видимому, ушел на привлечение звезд озвучки. Помимо Рогена, Матараццо и Клоуз, в фильме звучат голоса Стива Бушеми, Вуди Харрельсона, Лаверны Кокс и Кэтлин Тёрнер. Жаль, что такая демонстрация силы была потрачена на столь слабый проект.
