Состояние постоянной бдительности: как успокоить тело и душу во время войны

Одна из жалоб, которая повторяется чаще всего, — это ощущение, что мозг перестал работать в привычном режиме. Люди пишут: «Я сижу перед компьютером и не могу думать», «Я читаю строчку и забываю, что только что прочел», «Я начинаю простую задачу и устаю еще до того, как приступил». Это явление называется «мозговым туманом». В состоянии длительной угрозы вся система переходит в режим выживания. Вместо того чтобы направлять ресурсы на концентрацию, планирование и сложное мышление, мозг занят постоянным сканированием окружающей среды. Он слушает, проверяет и ищет признаки опасности. Проблема не в отсутствии способностей, а в перегрузке системы.

Делиться напряжением

Многие сообщают, что каждое оповещение заставляет их подпрыгивать. Любой резкий звук — проезжающий мотоцикл или свистящий чайник — приводит их в состояние «на 200%». Они бесконечно проверяют новости, переходя с сайта на сайт и из одной группы в WhatsApp в другую, словно в потоке информации скрыто чувство контроля. Важно понимать: человеческий мозг ненавидит неопределенность больше, чем саму плохую весть. В отсутствие ясности мозг пытается обрести её через информацию, надеясь, что очередное обновление принесет успокоение.

Проблема в том, что это почти никогда не работает. Вместо успокоения потребление новостей оставляет тело в состоянии боевой готовности. Каждый новый заголовок, ролик или слух вновь активирует систему и подбрасывает адреналин. Так создается замкнутый круг: «Я в стрессе, поэтому проверяю новости», «Я проверяю новости, поэтому стресс усиливается», «Я в еще большем стрессе, поэтому снова проверяю новости».

Также у многих наблюдается повышенная потребность в близости. Внезапно хочется больше говорить, слышать знакомый голос и меньше оставаться в одиночестве. Даже те, кто привык справляться самостоятельно, сейчас нуждаются в присутствии другого человека — не обязательно для поиска решений, а просто чтобы не нести это напряжение в одиночку.

Во время угрозы мы ищем не только информацию, но и людей. Кого-то, на кого можно опереться, кто посидит рядом, кто скажет, что все в порядке, или просто останется с нами, даже когда все совсем не так. Если вы чувствуете острую потребность в разговорах и связи, это не делает вас зависимыми или слабыми. Это значит, что ваша система ищет якорь.

Получающие «удовольствие» от опасности

Существует группа людей, которые редко говорят об этом вслух: те, кто во время сирены внезапно чувствует живость, остроту и своего рода вызывающую привыкание бдительность. Это происходит не потому, что они наслаждаются опасностью, а потому, что адреналин затапливает тело, фокусирует внимание и на мгновение заглушает внутренние фоновые шумы. Для тех, кто живет в повседневности с чувством притупленности или скуки, этот момент «сейчас что-то происходит» может восприниматься почти как облегчение.

Есть и те, кто чувствует облегчение в чистом виде. Это явление, в котором людям труднее всего признаться из-за гнетущего чувства вины. Но нужно сказать четко: это облегчение не от войны. Никто не наслаждается ситуацией. Это облегчение от того, что бесконечная нагрузка наконец остановилась.

Последние годы для многих превратились в гонку без финишной черты. Нужно успеть, продвинуться, быть доступным, работать, реагировать, доказывать, удерживать все под контролем. И над всем этим постоянно парит сравнение с другими: кто успешнее, кто больше зарабатывает, кто лучше выглядит.

И тут приходит война. Внезапно никто не ожидает, что вы будете на пике своих возможностей. Разрешено не быть острым, не быть продуктивным, не удерживать все фронты. Появляется легитимация быть уставшим, потухшим, растерянным.

Для некоторых это первый раз за долгое время, когда они чувствуют, что им разрешено просто остановиться. Это не говорит о вас ничего плохого. Это говорит лишь о той нагрузке, которую вы несли еще до начала событий. Война не создает тишину, но она на мгновение останавливает гонку. И когда гонка останавливается, многие обнаруживают, насколько истощены они были на самом деле.

Возможно, самое интересное в этот период — не только то, что война делает с нами, но и то, что она обнажает. Она показывает, как много людей жили на пределе, как мы привыкли к постоянной доступности, бесконечному сравнению и ощущению, что нельзя останавливаться. И она обнажает, что у многих людей только экстремальная ситуация дает легитимацию быть человечными.