Судья Менахем Мизрахи: вознаграждение за независимость

Президент Ицхак Герцог и премьер-министр Биньямин Нетаниягу в этом году решили упомянуть в своих выступлениях на церемонии Дня памяти жертв враждебных действий раввина Авраама Шломо Залмана Цорефа. Он был убит арабами в Иерусалиме в 1851 году и считается первой жертвой враждебных действий, официально признанной Государством Израиль.

Это напоминание о том, что арабский террор против евреев не связан ни с созданием государства почти 100 лет спустя, ни с Шестидневной войной или освобождением Иудеи, Самарии, сектора Газа, Синая, Голанских высот и Иерусалима — хотя эти события и служат удобным оправданием для врагов Израиля. Многие евреи сами убедили себя: стоит лишь уступить место требующим того арабам, как конфликт будет исчерпан и «придет в Сион избавитель».

Реальность, разумеется, иная: конфликт не является территориальным. Вымышленные национальные чаяния арабов Иудеи, Самарии и Газы — лишь предлог. Во-первых, этих чаяний не существовало до 1948 года. Во-вторых, при каждой возможности получить суверенитет они выбирали не созидание, а продолжение борьбы за убийство евреев, что подтверждает их истинные намерения.

Однако сейчас, спустя два с половиной года после начала нынешней войны, появился шанс, что на противоположной стороне осознают: каждая попытка воевать обернется невыносимо высокой ценой. Израиль перестает быть «фраером» и начинает относиться к территориям не как к бремени, а как к огромному активу, который не будет возвращен.

Промежуточные итоги на основных аренах

Вместо того чтобы воспользоваться израильским отступлением из Ливана в 2000 году — которое фактически было паническим бегством правительства Эхуда Барака, сопровождавшимся предательством бойцов ЦАДАЛ, — жители южного Ливана предпочли продолжать войну. Они полагали, что Израиль сдастся еще больше.

В период предыдущего правительства, передавшего им ценные экономические воды из страха, они крупно ошиблись, встав на сторону ХАМАС и Ирана. Израиль захватил южный Ливан до реки Литани, и зона безопасности, где раньше текла обычная жизнь, превратилась в руины. Вскоре не останется камня на камне во всех деревнях, которые населяли сотни тысяч человек.

Так же и в Газе. После полного израильского отступления в 2005 году жители Газы предпочли войну процветанию. После десятилетий обстрелов и терактов при минорных ответах Израиля, таких как операции «Литой свинец» и «Нерушимая скала», произошла великая резня в Симхат Тора. В итоге жители Газы, выбравшие убийство, оказались в ситуации, когда Израиль контролирует гораздо большую часть сектора, чем до выкорчевывания поселений.

В Сирии, воспользовавшись быстрым падением режима Башара Асада, Израиль начал не только уничтожение военных мощностей страны, но и стремительный захват территории к северу от Голан, вплоть до «короны» Хермона. Это было сделано в качестве превентивной меры, что до «великого протрезвления» правительства и народа было бы невозможно.

Иран — единственная страна в списке, не имеющая границы с Израилем. В отличие от администрации в Рамалле, ХАМАС или «Хезболлы», Иран хотя бы говорит правду. Проблема в том, что из-за собственной пропаганды и парализующего страха предыдущих правительств в США, Израиле и странах Залива режим аятолл превратился в регионального монстра. Нынешняя война сорвала с него маску и сломала барьер страха.

Иран слаб и шатается. После недавних переговоров с США кажется, что есть неплохой шанс на падение режима. Если система принятия решений не способна определить, подписывать ли сделку, и никто не готов взять на себя ответственность — это говорит о многом, особенно на фоне экономического коллапса.

Трудности восприятия

Есть те, кто предпочитает не меняться. Это главы партий, требовавшие остановить войну в Газе в разгар событий. Они настаивали на сделке, которая отбросила бы ЦАХАЛ назад и оставила бы террористов «Радуан» на границах, подвергая жителей угрозе внезапного нападения.

Нафтали Беннет, Яир Лапид, Гади Айзенкот, Яир Голан и Авигдор Либерман — вся эта группа капитулянтов — продолжают атаковать Нетаниягу при любом намеке на прекращение огня. Они не понимают: прекращение огня в Ливане временно, а в Иране Дональд Трамп и Нетаниягу не уступят, пока не будут выполнены все требования. Кампания в Газе также далека от завершения, особенно после истечения ультиматума Трампа ХАМАСу о разоружении.

Расследовать юридического советника?

Юридический советник правительства пожаловалась на то, что министр обороны и глава Шабак не подписывают свидетельство о секретности для агента службы, что позволило бы допросить депутата Кнессета Тали Готлиб. В брифингах для СМИ намекается, что это затягивание делается намеренно.

Однако уполномоченный по жалобам на представителей государства в судах, судья в отставке Менахем Финкельштейн, недавно опубликовал резкую критику в адрес самой Гали Бахарав-Миары. В его постановлении сказано, что она действовала незаконно и затягивала правосудие в деле Рои Кахлона более 14 месяцев.

У уполномоченного нет «зубов», чтобы наказать юрсоветника. Однако такие полномочия есть у уполномоченного по делам государственной службы. Резкое постановление Финкельштейна можно перевести в жалобу, ведущую к дисциплинарным мерам, включая отстранение. Выбор на эту должность пал на Дорона Коэна, известного борьбой с «глубинным государством». Бахарав-Миара — его олицетворение. После назначения Коэна министр юстиции Ярив Левин намерен подать жалобу, что станет первым испытанием для правительства.

Также обсуждается дело о предполагаемом указании Бахарав-Миары извлечь материалы на министра Итамара Бен-Гвира для процесса его отстранения. Левин попросил главу Шабак Давида Зини расследовать эту историю. Послание было ясным: если премьер-министр, прямой начальник Шабак, даст распоряжение — расследование состоится.

Храброе сердце

Через шесть недель Ярив Левин созовет комиссию по назначению судей. Важным шагом станет назначение судьи Менахема Мизрахи, председателя мирового суда в Ришон-ле-Ционе, на должность окружного судьи. Это докажет, что для продвижения не нужно «идти в ногу» с системой.

Мизрахи продвигают именно за обратное: он осмеливался бросать вызов системе, критиковать ее и публично заявлять, что обвинения против Йонатана Уриха в «катарском деле» — «чушь в томатном соусе». Посыл ясен: продвигаются не только те, кто «лижет тарелки», но и обладатели мужества и лидерских качеств получают вознаграждение.