Султан НАТО бросает вызов Израилю
В то время как Европа и США отдают приоритет стратегическим интересам перед критикой его режима, Эрдоган использует растущий статус Турции в НАТО для расширения своего регионального влияния — и создания все более серьезного вызова для Израиля.
В тени продолжающейся эрозии турецкой демократии, выражающейся в преследовании оппозиции и ЛГБТ-сообщества, а также в подавлении критиков режима посредством произвольных арестов; и наряду с беспрецедентной напряженностью в отношениях с Израилем, Грецией и Кипром, проявляющейся в поддержке Хамаса и борьбе за влияние в Сирии, Восточном Средиземноморье и на Африканском Роге — Турция Эрдогана принимала важнейший саммит безопасности западного блока.
Верно, слово «Запад» и вышеприведенное описание не полностью сочетаются в одном предложении. Тем не менее президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган прекрасно осознает важность геостратегического положения своей страны и умеет использовать в своих интересах изменения на международной арене, в том числе войну между Россией и Украиной, раскол в отношениях между США и европейскими странами и падение режима Асада в Сирии. Совокупность этих событий сыграла на руку Турции и значительно укрепила ее геостратегический статус.
Европейские страны, разучившиеся воевать со времен окончания Второй мировой войны, все еще с трудом переваривают новую реальность, согласно которой им приходится противостоять российской угрозе без значительной американской опоры. Иными словами, постепенное сокращение американских обязательств по защите континента превращает Турцию Эрдогана в ключевого стратегического партнера для Европы.
Это, среди прочего, стало возможным благодаря позиционированию Турции как эффективного и конкурентоспособного производственного центра оборонной промышленности, продукция которой доказала свою эффективность на полях сражений в Сирии, Ливии, Эфиопии и Нагорном Карабахе. Поэтому эрозия турецкой демократии, растущая напряженность в отношениях с членами Евросоюза, Грецией и Кипром, и даже беспрецедентный кризис в отношениях с Израилем — все это не меняет стратегического расчета Европы, которая не заинтересована в том, чтобы превращать Турцию в еще одну головную боль наряду с Россией.
Похожее понимание применимо и к США. Турция под руководством Эрдогана предоставляет Вашингтону плацдарм в Сирии. Ведь до краха режима Асада страна находилась под плотным российским и иранским влиянием. Теперь, под эгидой Турции, путь США в Сирию был проложен. Более того, администрация Дональда Трампа умеет максимизировать американские интересы в регионе, извлекая стратегическую и экономическую выгоду из проектов восстановления и нефтяных месторождений восстанавливающейся страны. Поэтому, подобно европейцам, американцы также склонны фокусироваться на «полном стакане» и ставить стратегические интересы выше общих ценностей.
На фоне вышесказанного, и в силу растущей важности Турции для продвижения интересов США и европейских стран, президент Реджеп Тайип Эрдоган пользуется широким пространством для политического маневра. Эта реальность позволяет ему укреплять свою власть внутри страны, ослабляя очаги критики и оппозиции, и одновременно продвигать внешнюю политику с неоосманскими характеристиками, стремящуюся вновь расширить влияние Анкары на пространствах, которые ранее находились под контролем Османской империи.
Этот неоосманизм проявляется в особо проблемных высказываниях, таких как выражение желания министра внутренних дел Турции стать «губернатором Иерусалима» или заявление министра иностранных дел Турции, который определил Израиль как «бремя, которое человечество больше не может нести». Эти высказывания воспринимаются как исключительные заявления, бросающие вызов еврейскому государству. В этом контексте важно отметить, что наряду с риторикой, углубление военного и геостратегического участия Турции на различных аренах, включая Сирию, Восточное Средиземноморье и Африканский Рог, привлекает внимание Иерусалима.
Эта картина становится еще более острой для Израиля в свете усилий Турции по созданию союзов с суннитскими странами, включая Египет, Саудовскую Аравию, Пакистан и другие страны региона, такие как Иордания и Ливан, граничащие с Израилем. В тени относительного безразличия США и европейских стран совокупность этих тенденций показывает, что Анкара под руководством Эрдогана действительно представляет собой ощутимый стратегический вызов для Израиля — пользуясь при этом западной поддержкой.
Однако, несмотря на эту сложную картину, израильский интерес по-прежнему требует избегать превращения Турции в активного врага. С другой стороны, и Анкара, несмотря на свою ярко выраженную конфронтационную позицию, не заинтересована в разрыве отношений, поскольку ее решение сохранить связи проистекает не из симпатии к Израилю, а из желания не терять доступ к Иерусалиму и Палестинской национальной администрации. Тем не менее это хрупкое равновесие может быть нарушено в любой момент из-за непредвиденного инцидента на одной из арен трения. Поэтому, и особенно в свете относительного безразличия США и европейских стран, Израиль должен осознать, что турецкий неоосманский вызов — это не временное явление, а структурный стратегический вызов, требующий долгосрочной подготовки.
Д-р Хай Эйтан Коэн Енорог — старший научный сотрудник и эксперт по Турции в Центре Моше Даяна при Тель-Авивском университете, редактор ежемесячника Turkeyscope: Insights on Turkish Affairs.
