Тот, кто считает, что Тали Готлиб проиграла в комиссии, не понимает новых правил игры в «Ликуде»
Юридический советник правительства Гали Бахарав-Миара выделила фразу, которая может поставить крест на министерских амбициях Тали Готлиб, но сама депутат вышла из этого «юридического дерби» победителем. Без одобрения Биньямина Нетаниягу, не страшась министра обороны и игнорируя медиа-консультантов, Готлиб превратилась в политический феномен, ломающий устоявшиеся правила.
Это было настоящее юридическое дерби. С одной стороны — адвокат Гали Бахарав-Миара, 30 лет проработавшая в прокуратуре и занимающая пост юридического советника правительства. С другой — адвокат Тали Готлиб, 26 лет практики в уголовном праве и один из самых заметных депутатов Кнессета. Поле боя было подготовлено тщательно: зал заседаний комиссии Кнессета. Судья, явно не нейтральный — председатель комиссии Офир Кац. На трибунах — шумные группы поддержки из оппозиции и коалиции, обилие «желтых карточек» в виде замечаний и даже удаления нарушителей. Как в любом статусном матче, присутствовали журналисты, камеры канала Кнессета и личные камеры Готлиб, фиксирующие каждый момент, словно система VAR. 90 минут — это детская игра, здесь же всё шло к девяти изнурительным часам парламентских баталий.
Как в любом дерби, главный вопрос: кто победил? Но в отличие от футбола, здесь результат зависит от того, кого спрашивать. Тот, кто внимательно следил за ходом заседаний, заметил, как на второй день юридический советник «выловила» фразу Готлиб, сказанную накануне, и зачитала её публично: «Я хочу отметить одну фразу, произнесенную в 13:03, — заявила она, — депутат сказала: "Я совершила уголовное преступление с умыслом"». Если бы могла, советник, вероятно, эффектно «бросила бы микрофон» (drop the mic). С её точки зрения, это ясное и решающее доказательство, способное положить конец мечте Тали Готлиб о министерском портфеле. Вспомните примеры Арье Дери и Пинхаси, в отношении которых действуют юридические запреты на занятие должностей при наличии обвинительного заключения. По мнению советника, в суде эта фраза станет финальной точкой.
Однако многие утверждают, что Готлиб вышла из этой истории настоящим победителем. Она больше не просто депутат — она стала политическим феноменом. Готлиб присутствует на каждом заседании, иногда в немыслимые часы, когда в зале остаются лишь выступающий и охрана. Для неё каждый момент — это пост на страже. В то время как многие депутаты появляются только на ключевых голосованиях, Готлиб находится на каждой арене, даже самой серой. Она будет отстаивать каждую запятую в регламенте, требовать от арабских депутатов не выступать на арабском языке, прерывать и бросать вызов любому авторитету. Кто-то видит в этом помеху, кто-то — расизм, а кто-то — именно то, ради чего избиратели делегировали её в Кнессет: борьбу.
Больше всего Готлиб изменила саму суть «Ликуда». Долгие годы партия жила по неписаным правилам: не выступать фронтально против премьер-министра, не нарушать дисциплину, не бросать вызов лидерам публично. А потом пришла Тали Готлиб. Один из самых ярких эпизодов произошел вокруг комиссии по назначению судей: её вызвали «на ковер» к Биньямину Нетаниягу, где перед ней сидели разъяренные главы коалиционных фракций, а она смотрела им в глаза, настаивала на своем, а затем вышла к прессе и выложила всё без цензуры. Говорили, что она не понимает политику. Оказывается, это политика не понимает Тали Готлиб.
После премьер-министра пришла очередь министра обороны Исраэля Каца, который подписал ордер о конфиденциальности, позволивший предъявить ей обвинительное заключение. Ему пришлось посылать своих людей оправдываться, объясняя, что у него не было иного выбора в силу должности. Министр обороны, который боится 25-го места в списке — событие неординарное. Готлиб не пощадила и его своим острым языком. Есть те, кто скажет, что она просто не знает страха. Так или иначе, она нарушила один из главных законов «Ликуда»: раньше любой конфликт с Нетаниягу или верхушкой движения стоил политической карьеры. Сегодня Готлиб конфликтует со всеми и при этом остается в топе рейтингов популярности среди членов «Ликуда».
Она не щадит ни премьер-министра, ни министра обороны, ни Ярива Левина, который на её фоне внезапно кажется умеренным политиком. Готлиб показала «Ликуду» другую политику: без фильтров, без старых кодов, без «off the record», без оглядки на медиа-консультантов. Можно любить это или ненавидеть, но игнорировать невозможно. До подведения итогов карьеры Тали Готлиб еще далеко, впереди юридические и политические битвы, возможно, даже в Верховном суде. Но одного у неё не отнять: она изменила дискурс в «Ликуде», сдвинула границы дозволенного и доказала, что можно достичь вершин, не заискивая и не играя по старым правилам. Будь она символом политической смелости или анархии — одно можно сказать наверняка: Тали Готлиб уже давно не просто депутат. Она — феномен.
