«Улыбающаяся» атака Саудовской Аравии на Иран скрывает сладкую месть

Стратегия Тегерана в текущем морском противостоянии основывалась на простом предположении: блокировка Ормузского пролива — это «оружие судного дня», которое спровоцирует мировой энергетический кризис, взвинтит цены на нефть и вынудит США и Запад пойти на уступки. Однако этот расчет не оправдался. Сообщение ОПЕК+ об увеличении добычи нефти на 188 тысяч баррелей в сутки в августе особенно важно в текущий момент. Глубокий анализ показывает, что мировой рынок неожиданно и с рекордной скоростью перешел от дефицита нефти к избытку предложения. Таким образом, когда саудовцы, Россия и США наводняют рынок альтернативной нефтью, способность Ирана угрожать мировыми энергетическими потрясениями значительно снизилась.

Более того, иранская экономика, критически зависящая от экспорта нефти, серьезно страдает от падения цены за баррель. Поставки дополнительной нефти со стороны Саудовской Аравии и ее соседей создадут избыток предложения на ключевых рынках Азии, что вынудит Иран еще больше снижать цены, чтобы найти покупателей. Выбор Саудовской Аравии продолжать наводнять рынок нефтью вместе с ОПЕК+ является свидетельством реальной борьбы. Саудовская Аравия может получать прибыль даже при цене 60 долларов за баррель, но Ирану необходимо продавать по цене выше 90 долларов, чтобы сбалансировать бюджет. Таким образом, Саудовская Аравия, как ожидается, поможет в финансовом истощении Ирана, сохраняя при этом «дипломатические улыбки» для внешнего мира.

Провал на иранском фронте проявился в нескольких областях. Во-первых, это повторное открытие южного участка Ормузского пролива для прохода судов. Восстановление потока нефти через пролив в оманском секторе при содействии кораблей США прошло быстрее, чем ожидалось. Во-вторых, тихий бойкот со стороны Китая, который стал для Ирана полной неожиданностью. Пекин, который должен был стать его экономической и политической опорой, решил временно прекратить импорт новой нефти и полагаться на свои чрезвычайные запасы, что «высвободило» миллионы баррелей на мировой рынок. Посредством одностороннего решения сократить импорт нефти примерно на 4–5 миллионов баррелей в сутки был предотвращен скачок цен, на который рассчитывал Иран.

Возможно, здесь были и элементы координации с Дональдом Трампом во время его визита в Китай, но этот шаг также отражает китайскую стратегию использования собственных запасов вместо покупки нефти по «военным» ценам, а также попытку Пекина раз и навсегда перенаправить импорт энергоносителей на сухопутные трубопроводы из России и Центральной Азии. Переход энергетического рынка из состояния «страха перед дефицитом» в состояние «избытка предложения» свидетельствует о том, что США, вероятно, не просто были «вовлечены», а создали «ловушку» и синхронизировали всю систему к одной временной точке. Иран надеялся вернуться на рынок в качестве спасителя и наслаждаться высокими ценами, но ошибся, получив тяжелый удар по государственному бюджету и иссушив основной поток денежных средств Корпуса стражей исламской революции.

Так что же осталось в качестве источника доходов? Ормуз и плата за проход — отсюда и иранское упорство. Выбор времени для всех шагов, включая американские атаки в последние ночи, направлен на то, чтобы лишить Иран физических возможностей снова закрыть Ормуз. Вероятно, эта стратегическая ловушка быстро проникнет в и без того расшатанную экономическую и гражданскую ткань внутри Ирана. Остановка потока денежных средств из Китая, наряду с высокими затратами на ремонт критической инфраструктуры, толкает местную валюту в свободное падение и создает немедленный дефицит запчастей и товаров первой необходимости.

И еще один важный момент: США нанесли необычный удар (поскольку большинство атак было вдоль побережья) по железной дороге и мостам в сторону Мешхеда на северо-востоке Ирана, фактически повредив основной сухопутный транспортный путь для товаров из Китая. Очень вероятно, что атака на мост, до тех пор пока он не будет отремонтирован, создаст «бутылочные горлышки» в движении поездов и грузовиков, а также приведет к нехватке топлива, отключениям электричества и сбоям в поставках продовольствия в центральных городах. Фрейдистским образом, по окончании похоронных церемоний, тело лидера, как ожидается, будет похоронено именно в Мешхеде.

Внутренняя арена в Иране находится в тяжелой социальной и экономической точке. Когда доходы от нефти Корпуса стражей исламской революции сокращаются почти вдвое, у режима в Тегеране возникает серьезная дилемма. Каждый доллар, на который падает цена барреля, приближает иранскую улицу к взрыву. Является ли на самом деле то, что мы видим, «созданием условий для свержения режима»?