«Пара клоунов»: Барак Равид раскрыл закулисье мировой политики и оценил работу Амита Сегаля

Даже когда Барак Равид высказывает свое мнение, тон его речи остается спокойным и непринужденным, словно он сообщает очередную новость. В новом эпизоде программы Эреза Таля «Что там на самом деле произошло?», вышедшем в минувшую пятницу, он за короткое время представил эксклюзивные подробности и раскрыл закулисье мировой политики с самого близкого расстояния.

Равид — пожалуй, самый известный в мире израильский журналист, который долгое время оставался малоизвестным внутри страны. Лишь в последний год, когда он начал вести прямые репортажи о деятельности президента США Дональда Трампа для 12-го канала, лауреат премии Альдо Бекмана стал узнаваемой фигурой в каждом израильском доме. Большую часть времени он делит между эфирами CNN и новостным сайтом Axios, получая информацию от источников, которые впечатлили даже Владимира Зеленского.

Разговор между Равидом и Талем был точным и спокойным. Равид рассказывал о своей первой личной встрече с Трампом в Мар-а-Лаго через несколько месяцев после его поражения на выборах, о том, как получил номер телефона президента США, о данных по израильскому удару по Ирану перед началом операции «Железные мечи» и о своем увольнении с 13-го канала.

Его взвешенные ответы давали пищу для размышлений. Не прибегая к громким манифестам о состоянии журналистики или критике премьер-министра Биньямина Нетаниягу, он дал понять свою позицию. Он назвал Яакова Бардуго и Иегуду Шлезингера «парой клоунов», поделился удивлением от того, что Трамп ответил на его звонок, и с воодушевлением говорил об интервью с Зеленским, с которым поддерживает постоянную связь. Эти детали ощущались не как погоня за сенсацией, а как рассказ профессионала о работе, которая «случайно» включает общение с самыми влиятельными людьми мира.

Равид признался, что информация, которой он владеет, делает его электронные устройства целью для разведывательных организаций. Даже в потоке речи заметно, как он взвешивает каждое слово, прежде чем раскрыть детали своих контактов. Это был взгляд на власть журналистов и их способность обходить правительственные механизмы ради получения самого ценного ресурса — знаний. Сказанное им вызвало немало вопросов о том, почему лидеры разных стран доверяют журналистам свои тайны как косвенному инструменту для достижения политических целей.

Одним из самых интересных моментов стали его отношения с Амитом Сегалем. Равид рассказал, что они не разговаривали годами, пока он не решил отправить коллеге свою книгу с дарственной надписью. Эрез Таль добавил, что именно Сегаль рекомендовал Равида на его нынешнюю должность, несмотря на то, что сам был кандидатом. Сегаль тогда отметил: «В аспекте вербовки источников он лучший репортер, которого я когда-либо знал».

Взаимное уважение между харизматичным Сегалем и деловым, «сухим» Равидом не было односторонним. Равид подчеркнул: «Я думаю, что Амит — человек с бесценным опытом, один из величайших экспертов по израильской политике. Он не фейк, он настоящий профессионал». Было приятно слышать обмен комплиментами между двумя ведущими журналистами с разными повестками, работающими в одном медиа-пространстве.

На протяжении всего разговора было ясно: на каждое произнесенное Равидом предложение приходится десять тех, что он хотел бы сказать, но не может. Журналист, нацеленный на Пулитцеровскую премию, приоткрыл окно в иную реальность, где можно позвонить министру иностранных дел Катара и надеяться на ответ. Таль и Равид смогли разжечь любопытство, не наступив на мины, которые может создать такой откровенный разговор, и подарили зрителям 45 минут качественного контента.