Ушел из жизни легендарный импресарио Ашер Реувени

Импресарио Ашер Реувени, считавшийся одной из самых влиятельных фигур в израильской музыке, скончался в возрасте 76 лет. Реувени вместе с братьями стоял за настоящей революцией в средиземноморском жанре. На протяжении десятилетий он представлял интересы артистов, которые в те годы сталкивались с дискриминацией и отсутствием доступа к широким СМИ.

Его брат Элицур почтил память покойного в беседе с ynet: «Он был моим самым любимым из восьми братьев и сестер. Наша связь была особенной. Мы прошли через многое: он как импресарио, а я как фотограф. Мы вместе достигли вершин, развивая культуру средиземноморского пения. Ашер навсегда останется одним из столпов израильской культуры».

В 2025 году на канале HOT 8 вышел сериал «Короли кассет: братья Реувени», созданный Далией Меворах и Дани Дотаном, который раскрыл закулисье этой музыкальной революции через личную историю семьи. Ашер вырос в бедности в квартале Шхунат ха-Тиква. В 70-е годы семья открыла на рынке Тиква небольшую лавку с двумя аппаратами для записи кассет, которая со временем превратилась в индустрию с миллионными оборотами. Именно здесь раскрылись таланты таких исполнителей, как «Цлилей ха-Керем», Деклон, Бен Мош, Ахува Озери, Шими Тавори, Джеки Макейтен, Зоар Аргов, Хаим Моше, Маргалит Цанани и Авнер Гадаси.

В мир антрепризы братья попали случайно, после Войны Судного дня. Реувени, который готовился к свадьбе, был ранен при форсировании канала, а во время госпитализации узнал, что брат его невесты погиб на Голанских высотах. «Из-за траура мы поженились в раввинате», — вспоминал он в интервью «7 дней» в мае 2025 года. «Друг предложил устроить вечеринку с группой «Ха-Шовалим». Пришло 80 человек, и мы записали выступление на бобинный магнитофон. Гости начали просить копии, мы стали их тиражировать, и так родилась идея выпустить профессиональную пластинку».

«Когда родилась моя дочь Элинор, названная в честь погибшего шурина, мы устроили праздник, на который пришли Деклон и гитарист Бен Мош. Мы выпустили им первую пластинку «Цлилей ха-Керем» с песнями «Хасида цхора» и «Суру мимени». Для работы над вторым альбомом мы уже привлекли автора Авиху Медину».

Позже Дани, брат Ашера, обнаружил Ахуву Озери, когда она работала в ресторане в Керем ха-Тейманим. Её песня «Где мой солдат» поначалу не получила успеха. «Мы продюсировали ей новый альбом как раз тогда, когда «Бейтар Иерусалим» впервые выиграл Кубок страны», — рассказывал Ашер. «Я предложил ей записать песню для болельщиков, включив в запись голос футболиста Мальмилиана и звук гола. Это стало историей. Ахува продавалась лучше любой другой певицы, с которой мы работали».

Братья постоянно искали новые таланты в клубах и на дискотеках. «Шими Тавори мы увидели в дискотеке «Ха-Кариш» в Рамле и пришли в восторг», — вспоминал Реувени. «Парень с невероятным голосом, но никто не хотел для него писать. В итоге нас познакомили с Узи Хитманом». Хитман написал хиты «У меня есть фото» и «Ночь без звезды», которые, несмотря на успех у публики, долго не попадали на радио. «60 процентов народа — восточные евреи, но на радио их будто не существовало», — отмечал импресарио.

После успеха Тавори к братьям потянулись сотни певцов, включая Зоара Аргова. После победы с песней «Цветок в моем саду» на фестивале восточной песни в 1982 году его популярность взлетела. Ашер Реувени организовал сотрудничество Аргова с аранжировщиком Нэнси Брандесом. «Мы поняли, что для входа в мейнстрим нужно смешивать стили», — пояснял он.

Однако за успехом Аргова последовало тяжелое падение. «С ним было трудно работать», — признавал Реувени. «Зоар жил в окружении людей, которые снабжали его наркотиками. Я прошел через настоящий кошмар, пытаясь помочь ему». Реувени был в турне с Хаимом Моше в Аргентине, когда узнал о самоубийстве Аргова в тюрьме. «Это обрушилось на меня как гром среди ясного неба».

Реувени также работал с Маргалит Цанани, спродюсировав её дебютный альбом «Мята». «У нас были острые споры, но мы сделали качественный продукт, пригласив музыкантов из филармонии. Я даже придумал, чтобы обложка альбома пахла мятой, и это сработало», — вспоминал он.

Революция, изменившая израильскую музыку, закончилась в 1980 году крупным пожаром, который уничтожил империю компании и привел к разрыву между братьями. «Когда я вернулся из Аргентины, я обнаружил, что братья вонзили мне нож в спину, открыв агентство рядом со мной», — рассказывал Ашер. «Я продолжал продюсировать, но моя ошибка была в том, что я не подписывал контракты. Они даже стерли мое имя с альбомов».

В последние годы жизни Ашер признавался, что пожертвовал семьей ради бизнеса. «Я — главный пострадавший. Я перенес пять катетеризаций сердца, болезнь легких и развод», — говорил он. Его брат Элицур добавил: «Он до самого конца страдал от раздора, возникшего между нами».