В роли бездомной на грани: Дана Ивги напоминает о своей актерской силе
Фильм «Жизнь без покрытия» режиссера Тома Шоваля рассказывает историю Либи — женщины, живущей на задворках Тель-Авива и отказывающейся оставаться невидимой. Благодаря грандиозной игре Даны Ивги и удушающей, но энергичной режиссуре, это тревожное и полное жизни произведение заставляет зрителя пристально вглядываться в то, от чего обычно хочется отвести взгляд.
Еще до того, как Дана Ивги появляется на экране, слышен ее голос, быстро бормочущий что-то на фоне титров: «Я вижу вас, вижу вас. Вы думаете, что будете сидеть там в темноте, в своем Ноевом ковчеге, но я вижу вас». Режиссер Том Шоваль («Молодежь»), конечно, не первый, кто ломает четвертую стену, заставляя персонажей отчитывать или высмеивать аудиторию, чтобы разрушить дистанцию: это встречается почти в каждом фильме нуар или даже в молодежных сериалах с долей самосознания. Но в «Жизни без покрытия» мотивация менее «крутая» и куда более тревожная.
Это похоже на то, как безмятежные прохожие встречают на улице человека, переживающего явный душевный кризис — того, кого сразу помечают высокомерным ярлыком «ненормальный», а затем не могут отвести от него взгляд. Он разговаривает сам с собой, странно двигается, кричит на людей. Часть прохожих опускают головы, но большинство не в силах удержаться и смотрят, подсознательно наслаждаясь «шоу» человечества в пике его слабости. И тогда этот человек смотрит в ответ. Стыдит вас, злится или, наоборот, пытается завязать разговор. Большинство в этот момент хотят просто сбежать. Либи, героиня мощной «Жизни без покрытия», не дает вам этого сделать. Благодаря грандиозной игре Ивги, а также мощной и удушающей режиссуре Шоваля и гриму с гротескным накладным носом, она всегда присутствует — даже когда ее присутствие никому не удобно.
В фильме, таком же суетливом и энергичном, как сама героиня, мы сопровождаем Либи в течение нескольких суток. Из отрывочных сведений, которые она сообщает о себе, становится ясно: это бездомная, которая не мылась неделями, завернута в газеты и страдает от ментальных проблем. Она отрезала себя от семьи, но отчаянно ищет близкого человека, с которым у нее отношения любви-ненависти, по имени Эзра (что на иврите также означает «помощь»). Помимо этого, Либи — своего рода пророчица. В потоке болтовни она выдает инсайты и шутки, которые смешат только ее, но при ближайшем рассмотрении оказываются пугающе меткими наблюдениями, доступными только ей.
Так идет ли речь о пророчице или просто о несчастной женщине, слышащей голоса? Фильм не дает прямого ответа. Персонаж Либи уже появлялся в короткометражке Ивги и Шоваля «Все — колдовство» (2018), где «сумасшедшая» героиня обладала метафизическими силами. Прелесть «Жизни без покрытия» в том, что она опускает Либи на землю реальности. В конечном счете, это честный фильм о несчастной женщине в несчастном мире — в самых неприглядных местах Тель-Авива.
Картина включает великолепную операторскую работу Мейдана Арамы и нервную музыку Бена Фроста, напоминающую саундтрек к «Бердмэну». Команде удалось с впечатляющей эффективностью передать ощущение блуждания в том, что Аси Даян назвал бы «задним проходом Тель-Авива», где запах грязи буквально чувствуется через экран, и при этом создать ощущение сна — живого и вибрирующего. В течение 100 минут мы наблюдаем за встречами Либи с другими одинокими персонажами: пожилой женщиной (Пира Кантер), молодой мигранткой (Элис Зано), человеком с суицидальными наклонностями (Менаше Ной). Либи не дает ответов, но провоцирует на глубокие размышления.
Это третий полнометражный фильм Шоваля, режиссера, которого всегда тянуло к историям об израильской нервозности. Его дебют, «Молодежь», вошел в историю тем, что познакомил нас с братьями-близнецами Эйтаном и Давидом Кунио — второй из которых был похищен 7 октября и провел 738 дней в плену, хотя за десятилетие до этого сыграл в фильме Шоваля похитителя. Его второй фильм, «Снимите заботу с вашего сердца», был промахом, уходящим в излишний символизм. Но Шоваль остается режиссером, завороженным персонажами на грани, находящимися в постоянном напряжении, готовыми к случайным вспышкам насилия — почти капризного и бессмысленного.
Конечно, к проекту можно предъявить немало претензий. Первая — «моральная». Если фильм подглядывает за персонажем с обочины, не является ли он вуайеристским и высокомерным? Это частая претензия к фильмам, претендующим на «реализм», но занимающимся «порно-страданием» и превращающим нищету в экзотический экспонат для богатых. «Жизнь без покрытия» не совсем такой фильм, но неуютное ощущение присутствует. Также можно поспорить о необходимости массивного накладного носа, который помечает героиню как «фрика» и «другую». Должны ли мы сопереживать этой «ведьме» или втайне насмехаться над ней? Все эти вопросы делают фильм благодатной почвой для дискуссий, хотя неясно, всегда ли он так гуманистичен, как притворяется.
Гораздо менее проблематичен вопрос удовольствия от просмотра. Для многих зрителей «Жизнь без покрытия» может показаться двухчасовым застреванием рядом с душевно истощенным человеком, но в своем роде это очень фановый и смешной фильм. Либи полна юмора, особенно самоиронии. В одной из сцен, когда ей говорят «будь здорова», она отвечает: «Ну, этого уже не случится», — и заливается смехом. Дорогая ты наша.
