Война в Иране вызвала крупнейший сбой поставок нефти в истории

Война в Иране создала крупнейший сбой в поставках нефти в истории современного рынка. Трейдеры ведут охоту за «правильными баррелями» — нефтью, чей химический состав подходит для крупных нефтеперерабатывающих заводов в Азии и Европе. Результатом стали новые эталонные цены, возобновление использования маршрутов в обход Ормузского пролива и временное смягчение санкций в отношении ряда стран.

Тот, кто в эти дни следит только за графиками цены барреля марки Brent на биржах Лондона или Нью-Йорка, совершает критическую ошибку в оценке новой экономической реальности. Наблюдаемая волатильность скрывает более глубокую и драматичную историю, развившуюся с начала кампании в Заливе и блокировки Ормузского пролива.

Настоящая проблема мирового рынка нефти сегодня заключается не только в количественном дефиците, но и в тактическом вопросе: какой именно сорт нефти отсутствует, из какой географической точки он должен быть доставлен и существует ли логистическая возможность транспортировки к порогу НПЗ в режиме реального времени.

Международное энергетическое агентство (IEA) подтвердило, что объемы нефти, проходящие через Ормуз, упали с 20 миллионов баррелей в день до опасного минимума. В этой ситуации рынок переключился на поиск «правильных баррелей» — нефти, соответствующей техническим требованиям НПЗ, которую можно транспортировать и страховать без риска морской блокады или санкционных осложнений.

Кризис эталонных цен

Структурная проблема возникла в системе бенчмарков — справочных цен, на которых базируются сделки на миллиарды долларов. Когда физическая нефть, лежащая в основе эталона, не может безопасно достичь рынка, справочная цена теряет связь с реальностью.

Компания S&P Global Platts, управляющая справочной ценой Дубая, в начале марта предприняла исключительный шаг, приостановив номинации баррелей, требующих прохода через Ормузский пролив. Это привело к пересмотру методологии ценообразования, так как индекс перестал отражать рыночную ситуацию.

В условиях паралича традиционных индексов на первый план вышла оманская нефть. Справочная цена Омана на бирже Gulf Mercantile Exchange (GME) достигла рекордных 153 долларов за баррель, что на 117% выше уровня, зафиксированного до начала войны. Преимущество оманской нефти — логистическое: экспортная инфраструктура Султаната Оман расположена на побережье Индийского океана, за пределами Ормузского пролива. Сходство оманской нефти по содержанию серы и плотности с сортами из глубины Залива позволяет НПЗ в Китае, Индии и Японии переходить на нее без дорогостоящей перенастройки оборудования.

Временное смягчение санкций

Международная система пытается предотвратить энергетический коллапс через целевое облегчение режима для стран, чья нефть может заменить дефицитные сорта. Управление по контролю за иностранными активами Министерства финансов США (OFAC) расширило лицензию 50A, разрешающую маркетинг, покупку и транспортировку венесуэльской нефти. Также лицензия 48 позволяет поставлять оборудование для восстановления добычи в Венесуэле.

Аналогичный, но более осторожный подход применен к России. Лицензии 133 и 134 OFAC позволяют российским танкерам, загруженным до определенных дат, завершить путь к пунктам назначения в Азии и Европе до апреля. Американская логика проста: в условиях кризиса каждый танкер является активом, снижающим давление на цены.

Креативные пути обхода

Важным каналом стала ось Ирак-Турция. Возобновление экспорта около 250 тысяч баррелей в день с месторождений Киркука через трубопровод Джейхан, наряду с потенциалом поставок из курдского региона, позволяет направлять нефть напрямую в Средиземное море, минуя Ормуз.

Что касается Ирана, то, несмотря на формальное действие санкций, администрация США фактически закрывает глаза на экспорт иранской нефти. Заявление министра финансов США Скотта Бессента о том, что США позволяют иранским судам снабжать мир, подтверждает приоритет стабильности цен над соблюдением санкционного режима.

Саудовская Аравия также задействовала на полную мощность трубопровод «Восток-Запад» (Петролайн), увеличив экспорт через порты Красного моря до 5,9 млн баррелей в день. Это позволило Эр-Рияду выводить нефть на мировой рынок через «заднюю дверь», минуя зону конфликта.

Все эти меры, включая высвобождение 400 миллионов баррелей из стратегических резервов стран IEA, являются лишь временным решением. Пока Ормузский пролив остается заблокированным, рынок продолжит функционировать в режиме чрезвычайного положения, где логистическая доступность ценится выше самого сырья.