Все ошибаются насчет Ближнего Востока — и вот что действительно опасно
Ближний Восток находится в состоянии хрупкой нормализации неразрешенных конфликтов. Регион учится жить с постоянным насилием, ведя дипломатию без реального урегулирования, что создает иллюзию стабильности.
Ближний Восток может показаться регионом, вступившим в период прекращения огня и активных дипломатических контактов. Однако это не стабильность, а хрупкое и опасное состояние нормализации неразрешенных конфликтов.
Режимы прекращения огня порой снижают интенсивность столкновений, но не устраняют их первопричины. Дипломатические каналы открываются, но зачастую параллельно с нанесением военных ударов. Государства учатся действовать ниже порога тотальной войны, сохраняя при этом возможность эскалации.
Ливан — яркий тому пример. Даже при наличии опосредованного соглашения о прекращении огня между Израилем и «Хезболлой» оно не создает стратегического спокойствия. Израиль сохраняет свободу военных действий, «Хезболла» — рычаги вооруженной силы, ливанское государство слишком слабо, чтобы обеспечить суверенитет, а Вашингтон не в состоянии в одиночку выстроить эффективную монополию на силу в этой стране.
Газа демонстрирует ту же динамику с иного ракурса. Война там не исчезла — она была отодвинута на второй план из-за иранского кризиса и ливанского фронта. Однако сектор Газа продолжает влиять на арабское общественное мнение, израильскую политику и расчеты игроков, связанных с Ираном.
Иран и Ормузский пролив раскрывают глобальное измерение этого явления. Конфронтация ведется не только в военной плоскости: она включает санкции, морское давление, перебои в энергетике и использование экономических рычагов. Таким образом, региональный конфликт порождает мировые последствия, затрагивая цены на энергоносители, морское страхование, военное развертывание и напряженность между державами.
Нестабильность на Ближнем Востоке больше не ограничена географически. Удар в Ливане влияет на дипломатию в отношении Ирана, кризис в Газе — на региональную нормализацию, а трения в Персидском заливе — на энергетические рынки. Сирия, Ливан, Газа, Иран, Персидский залив и Красное море — это не отдельные кейсы, а взаимосвязанные арены единой системы конфликта.
Опасность заключается в том, что лица, принимающие решения, перепутают адаптацию со стабильностью. Они увидят прекращение огня и предположат, что достигнута деэскалация, или примут переговоры за признак политического прогресса. Но в сложных системах именно периоды, кажущиеся управляемыми, могут быть самыми опасными. Небольшое событие способно быстро перемещаться между связанными аренами и порождать результат, непропорциональный его масштабу.
Режимы прекращения огня должны быть лишь началом урегулирования, а не самоцелью. Необходимо выстраивать механизмы контроля, принуждения, гуманитарного доступа, управления границами, сдерживания ракетных вооружений и непрямые каналы связи между противниками. Прежде всего, необходимо прекратить рассматривать различные арены как отдельные дела.
Ближний Восток не рушится в хаос. Реальность более тревожна: регион учится жить с неразрешенными конфликтами, управлять насилием, не прекращая его, и вести дипломатию, не достигая урегулирования. Опасность не только в том, что регион снова вспыхнет. Опасность в том, что мир совершит ошибку, приняв растущую способность управлять нестабильностью за саму стабильность.
Автор — геостратег, эксперт по международным отношениям и старший лектор в Академическом колледже Ашкелон.
