«Я находил сокровища в мусоре»: люди, которые спасли израильскую историю
Четыре страстных коллекционера предметов израильской ностальгии, представляющие свои частные коллекции широкой публике, рассказывают о труде собирательства, азарте поиска и своей миссии по сохранению истории страны в преддверии Дня независимости.
Коллекционирование прекрасного Израиля прошлого: частный музей Гиля Панто
Как вы пришли к коллекционированию израильских предметов? «Когда я бродил по блошиному рынку около 30 лет назад, я случайно нашел коробку из-под конфет фирмы «Ц.Д.», которая отозвалась во мне сладким детским воспоминанием из дома моей бабушки в кибуце Хульда. Без всякого планирования эта находка подтолкнула меня к собирательству предметов израильского дизайна первых 25 лет существования государства. Сегодня коллекция насчитывает несколько тысяч экспонатов: мебель, мода, текстиль, кухонная утварь и мир детства — от игр до школьных принадлежностей. Я выбрал именно этот период, потому что тогда почти всё производилось в стране. В этих вещах чувствуется простота, скромность и невинность. Раньше вещи покупались на долгие годы, и вокруг них сплетались семейные истории. В итоге я основал «Израиль прошлого» на улице Шивтей Исраэль, 25 в Яффо — частный музей, где провожу мероприятия и экскурсии».
Какой предмет самый редкий и какой самый старый в вашей коллекции? «Есть много редких вещей, но самый особенный для меня — флаг Израиля, сшитый вручную к моменту провозглашения независимости. Я получил его от двух сестер, чья мать создала его, чтобы утешить отца, вернувшегося из боя при Тире, в котором погибли 24 его товарища. Из старинных вещей у меня много предметов периода Палестины: коробка шоколада компании «Ноам» 30-х годов, продукция компании «Шемен» и упаковки «Тнува» первых лет существования государства».
Где вы находите предметы? «Большинство сокровищ я нахожу на блошином рынке в Яффо, куда прихожу каждое утро. С годами это стало сложнее, так как старые квартиры исчезают. Иногда меня зовут в дома прямо перед их освобождением, и там случаются сюрпризы — например, на антресолях в Тель-Авиве я нашел детские туфли «Пиль», предмет, который когда-то был пределом мечтаний. Люди, посещающие мой музей, часто приносят вещи со словами: «У тебя они обретают жизнь». В моей экспозиции разрешено трогать и листать предметы, чтобы молодое поколение могло прочувствовать ту эпоху».
Как окружающие относятся к этому занятию? «Реакция всегда согревает сердце. Мне говорят, что мне выпала честь волновать людей. Это дает ощущение миссии — собирать прекрасный Израиль прошлого, чтобы молодежь могла прикоснуться к истокам нашего государства».
История эрец-исраэльской кухни: кулинарный музей Одеда Цвикеля «Цариф» («Хижина»)
Как вы пришли к коллекционированию? «Я коллекционирую уже более 30 лет. Это началось с дома: я вырос в гордой сионистской семье, у отца, который «не знал», что такое мусорное ведро, и я любил собирать в свою комнату предметы, вышедшие из употребления. Меня всегда тянуло к миру кулинарии, и я решил исследовать то, что производилось здесь, в стране. Вся коллекция основана исключительно на отечественной продукции и включает тысячи предметов: посуду для приготовления, выпечки и кухонные принадлежности, которые были в каждом израильском доме. Я основал «Цариф» (ул. Ха-Мелахим, 122, Рамат-ха-Шарон), где сохраняю память о нашей кулинарной промышленности».
Какой предмет самый редкий и какой самый старый в вашей коллекции? «Редкость — в глазах смотрящего: предмет тем ценнее, чем сильнее воспоминание, которое он вызывает. Для меня кулинарные книги 40-х годов — это настоящая редкость. Самые старые экспонаты относятся к периоду до 1948 года — это инструменты, которые рассказывают историю кухни еще до появления современной инфраструктуры».
Где вы находите предметы? «Коллекция строилась на прогулках по рынкам, подарках от друзей и вещах из родительского дома. Долгое время всё было упаковано в коробки, пока моя партнерша не предложила: «Возьми хижину в саду, купи полки и открой всё». Мы жили тогда в мошаве Элихин, и я это сделал. В 2023 году мы переехали в Рамат-ха-Шарон, и здесь я тоже обустроил хижину. Я трачу на это много времени: хожу по рынку, пользуюсь цифровыми аукционами. О деньгах не говорят: можно купить предмет за пять шекелей, а можно и за тысячи».
Как окружающие относятся к этому занятию? «Окружающие делятся на три типа: любители винтажа, которые в восторге, любопытные, которые обычно влюбляются в это дело, и те, кому это менее близко. «Цариф» стал местом, где я принимаю гостей, даю пробовать блюда из прошлого и устраиваю праздники. Трогательно видеть людей, которые приходят с отцами или дедушками, чтобы восстановить моменты из кухни прошлого».
Целые жизни лежат на тротуаре: коллекция Дрора Барака «А гройсе меция» («Большая находка»)
Как вы пришли к коллекционированию? «Я собираю предметы Земли Израильской уже более 40 лет. Всё началось, когда я был десятилетним ребенком в Рамат-Гане. Я видел, как освобождают дома и выбрасывают вещи на улицу, и это меня поразило — это были целые жизни, которые вдруг оказывались на тротуаре. Я начал копаться и находил сокровища: старые пачки сигарет, мыло, фотоальбомы академии «Бецалель». Сегодня это мое основное занятие. В моей коллекции «А гройсе меция» в кибуце Ифат, по моим оценкам, от 2500 до 3000 предметов. Я фокусируюсь на еврейском ишуве — на всём, что было здесь до 1950 года, от кухонной утвари до предметов Пальмаха, гранат и бутылок с зажигательной смесью».
Какой предмет самый редкий и какой самый старый в вашей коллекции? «Самый старый — фонограф примерно 1900 года. Он работает на цилиндрах, с огромной металлической трубой, и это просто магия. Но мой самый волнующий предмет — пистолет-пулемет «Стен» времен Войны за независимость, произведенный в Тель-Авиве в 1947 году. Жена купила мне его в качестве свадебного подарка! Это был сумасшедший сюрприз, две недели я ходил с ним, крича от счастья».
Где вы находите предметы? «Я почти ничего не покупаю. 95% вещей приходят от людей, которые не хотят выбрасывать наследство бабушек в мусор. Кроме того, раз в месяц я отправляюсь в экспедицию по заброшенным домам и свалкам. Я не стесняюсь говорить об этом: я нахожу сокровища в кучах мусора. Музей я построил сам за семь-восемь лет. Возвращаясь с фермы после тяжелой работы, по вечерам я создавал диорамы — точные реконструкции магазинов прошлого, с деревянными стенами, жестяными крышами и манекенами».
Как окружающие относятся к этому занятию? «Мир очень поддерживает. Люди стекаются сюда и часто плачут от нахлынувших чувств. Это своего рода эскапизм, бегство от нашей тяжелой реальности в былые дни — дни братства, без технологий и экранов, с ценностями и сионизмом. Жена очень гордится мной, и справедливо — ведь это она купила мне «Стен» на свадьбу».
Более 100 тысяч предметов израильской истории на полке — Хеди Ор
Как вы пришли к коллекционированию? «Всё началось с моего первого полета за границу в 1981 году. Я купил миниатюрные бутылочки с алкоголем, а потом понял, что меня по-настоящему волнуют израильские бутылки, особенно периода Палестины. Оттуда всё перекинулось на остальные области. Сегодня коллекция насчитывает более 100 тысяч предметов: от рекламных и туристических плакатов до соковыжималок и формы стюардесс «Эль-Аль». Все предметы — израильского производства. Мое место на улице Бен-Гурион, 10 в Рамат-Гане открыто по предварительной договоренности, там я провожу лекции для групп».
Какой предмет самый редкий и какой самый старый в вашей коллекции? «Самый редкий — полетный журнал самолета, доставившего Адольфа Эйхмана в страну. Это леденящий душу исторический документ 1960 года. Самый старый — открытка «Шана Това» 1886 года. Для меня каждый предмет — это целый мир, но вещи, связанные с судьбоносными моментами государства или дизайном повседневной жизни, имеют наивысшую ценность».
Где вы находите предметы? «Десятилетиями я привык появляться на блошином рынке в Яффо еще в предрассветные часы. Сегодня я нахожу экспонаты на рынках, а также через торговцев и друзей, которые знают мою коллекцию. Я вкладываю в это много времени и денег — это мечта, которая является бесконечным процессом. Понятие «музей» для меня немного тяжеловесно, я предпочитаю видеть в этом живую коллекцию».
Как окружающие относятся к этому занятию? «Мое близкое окружение состоит из многих друзей-коллекционеров, так что для них это естественно. Но самое главное — это дом, и моя жена просто молодец. Она знает, что я настоящий сумасшедший, и принимает это с большой любовью. Мне повезло с удивительной женщиной, которая позволяет этому безумию жить и развиваться».
