Ядерное соглашение Трампа укрепляет Саудовскую Аравию перед лицом Ирана — и может создать угрозу для Израиля

Соглашение о сотрудничестве между США и Саудовской Аравией преподносится как энергетический шаг на тридцать лет, однако его значение выходит далеко за рамки строительства реакторов для производства электроэнергии. Это американская попытка переформатировать стратегический баланс на Ближнем Востоке, и в то же время это рискованная ставка на вопрос о том, сколько ядерной свободы можно предоставить Эр-Рияду, не спровоцировав региональную гонку вооружений.

Соглашение представляет собой так называемое «Соглашение 123», названное по статье в американском законе об атомной энергии. Оно создает правовую базу, которая позволит американским компаниям продавать Саудовской Аравии технологии, оборудование и услуги в сфере гражданской ядерной энергетики. После того как оно будет представлено в Конгресс, откроется девяностодневный период рассмотрения, в течение которого законодатели смогут попытаться заблокировать его.

Разногласия касаются не самого права Саудовской Аравии строить атомные электростанции. Она является участником Договора о нераспространении ядерного оружия и обязалась не разрабатывать ядерное оружие. Проблема в том, что готовящееся американское соглашение не включает два строгих обязательства, которые Вашингтон требовал ранее: явный отказ от обогащения урана и переработки ядерного топлива — так называемый «золотой стандарт» — и принятие Дополнительного протокола МАГАТЭ, который предоставляет более широкие полномочия по надзору и инспекциям.

Иными словами, Саудовская Аравия не освобождается от своих международных обязательств, но она также не принимает на себя наиболее строгие рамки контроля. Тем самым она получает относительно широкую «полосу свободы». Точнее, соглашение на данном этапе не передает саудовцам американские технологии для обогащения урана и не дает автоматического разрешения на строительство объекта по обогащению. Однако оно и не закрывает для этого дверь. Согласно сообщениям, оно допускает совместное рассмотрение возможности обогащения урана в Саудовской Аравии в рамках ограниченных и контролируемых объектов. Это существенное отличие от модели, установленной с ОАЭ, которые согласились заранее отказаться от обогащения и переработки. Если Вашингтон предоставит Эр-Рияду более гибкие условия, другие страны могут задаться вопросом, почему они должны принимать ограничения, которые не приняла Саудовская Аравия.

Шаг, призванный отдалить Саудовскую Аравию от Китая и России

За риском стоит ясная стратегическая логика. США стремятся предотвратить обращение Саудовской Аравии к Китаю или России для строительства своей ядерной отрасли. Вашингтон предпочитает включить саудовскую программу в американские рамки, где он имеет влияние на технологии, цепочку поставок и контроль, вместо того чтобы оставить Эр-Рияд вне системы. Соглашение также дает коммерческое преимущество американской ядерной индустрии и укрепляет зависимость Саудовской Аравии от США на десятилетия.

Это также ярко выраженный антииранский шаг. Послание Тегерану заключается в том, что его отказ проявлять гибкость не оставляет регион в замороженном состоянии: в то время как США действуют, чтобы сдержать иранскую ядерную программу, они выстраивают для Саудовской Аравии гражданский ядерный путь под западным покровительством. Таким образом, напротив Ирана создается региональная держава, обладающая инфраструктурой, знаниями и технологическим горизонтом — даже без ядерного оружия.

Трамп отделяет ядерное соглашение от нормализации

Здесь также присутствует «обходной маневр». Администрация Трампа отделила ядерное сотрудничество от требования, чтобы Саудовская Аравия сначала нормализовала свои отношения с Израилем. Возможное предположение состоит в том, что углубление стратегического союза с Вашингтоном и обострение совместного противостояния с Ираном в дальнейшем сблизят Эр-Рияд и Иерусалим, хотя в рамках соглашения нет саудовских обязательств на этот счет. Однако с точки зрения Израиля, устранение связи между нормализацией и ядерным сотрудничеством означает, что Саудовская Аравия может получить значительный стратегический актив, не будучи обязанной на данном этапе менять свои отношения с Израилем.

Риск проистекает не только из текущих намерений Эр-Рияда, но и из прецедента, который создает соглашение. Гражданская ядерная инфраструктура, технологические знания и будущая способность обогащать уран могут изменить региональный баланс сил, даже если они не приведут напрямую к разработке ядерного оружия.

Ставка на будущие намерения Эр-Рияда

Но это ставка. Наследный принц Мухаммад бен Салман уже говорил ранее, что Саудовская Аравия будет стремиться к ядерному оружию, если Иран получит такое оружие. Поэтому широкие гражданские возможности без «золотого стандарта» могут в будущем превратиться из энергетической инфраструктуры в основу порогового потенциала. С точки зрения Израиля, это может означать столкновение с региональной реальностью, в которой не только Иран обладает знаниями, инфраструктурой и способностью приблизиться к ядерному порогу, но и ключевые арабские страны требуют для себя аналогичного пути. Если Саудовская Аравия получит смягченные условия, такие страны, как Турция и Египет, могут потребовать аналогичного отношения. Также ОАЭ, которые ранее приняли более строгие ограничения, могут попросить пересмотреть свои договоренности с Вашингтоном.

Таким образом, США пытаются совершить тонкий маневр: сдержать Иран посредством укрепления Саудовской Аравии, не превращая укрепление Саудовской Аравии в начало ядерной гонки. Вопрос в том, выстраивают ли они для Эр-Рияда ядерную программу под американским контролем или предоставляют ему прецедент, которым страны региона воспользуются в день, когда доверие к Вашингтону будет подорвано.