Йорам Арбель: «Я заслуживаю Премию Израиля, но сегодня я бы ее не принял»
Легендарный спортивный комментатор Йорам Арбель, отметивший 64 года в эфире, откровенно рассказал о борьбе с раком горла, профессиональном пути и своем отношении к нынешней ситуации в стране. Несмотря на почтенный возраст, 83-летний ветеран телевещания не планирует уходить на покой и продолжает готовиться к новым трансляциям.
Йорам Арбель усаживается в кресло в саду своего дома в Кейсарии, напротив фруктовых деревьев, которые посадил сам. Через несколько часов ему предстоит комментировать товарищеский матч между сборными Венгрии и Словении, но есть загвоздка. «В этих командах сложные имена, я не знаю ни одного игрока, — делится он. — К тому же исследователь только что сообщил, что все номера футболистов изменились».
— И что вы будете делать?
— Буду молчать, — улыбается Арбель.
Имея за плечами 54 года спортивных трансляций и 64 года работы в эфире в целом, он не поддается панике. Тем более после того, как его способность говорить — и вообще вести репортажи — оказалась под серьезной угрозой.
Все началось около полутора лет назад. «Я почувствовал дискомфорт в горле при глотании, но врач ничего не нашел, списав все на простуду. Когда я сменил специалиста, обнаружили опухоль, — рассказывает Арбель. — Она находилась в крайне неудачном месте, где операция неизбежно повредила бы голосовые связки. Я остался бы немым и был бы вынужден всю жизнь питаться через зонд. Это как если бы у Дженнифер Лопес отобрали задницу — хотя, пожалуй, хуже, ведь задницу можно имплантировать».
— Как же вы выздоровели?
— Было решено применить облучение в сочетании с курсом химиотерапии.
— Наверное, это был удар — рак на вашем главном рабочем инструменте?
— Я действительно воспринял это как удар судьбы, но я был заядлым курильщиком большую часть жизни, а это болезнь, вызванная курением. На пике я выкуривал более трех пачек в день. Я курил везде: от туалета до постели. Сегодня я не курю и полностью выздоровел.
Этим летом он вернулся к работе и ведет обратный отсчет до Мундиаля, который откроется в июне в США, Канаде и Мексике. На вопрос, станет ли этот чемпионат последним в его карьере, Арбель отвечает: «Возможно. Мне 83 года, и я не заглядываю так далеко. Но если уж мечтать, то о следующем Евро в 2028 году. Мне будет 86, и это было бы сбывшейся мечтой. Лишь бы Бог сохранил мне голос и ясность ума».
Карьера как искусство
После многих лет на Первом канале, с высокими рейтингами и стабильной зарплатой, Арбель оказался в нужное время в нужном месте, чтобы воспользоваться плодами коммерческого телевидения. Он покинул Управление вещания в 1990 году и перешел на Спортивный канал. Когда начал вещание Второй канал, Арбель стал одновременно ведущим комментатором и продюсером футбольных трансляций.
— Пять лет, с 1995 по 2000 год, я руководил футбольной редакцией Второго канала, — говорит он. — Я был боссом, моя компания продюсировала матчи и программу «91-я минута». Мой контракт определял меня как главного комментатора, и были люди, которым это не нравилось, в том числе другие высокопоставленные коллеги.
— Например, Рами Вейц?
— Послушайте, Рами Вейц меня раздражал. Я был номером один, он — номером два, и между нами существовало соперничество, осложнявшее жизнь обоим. Шла война за микрофон. Если в контракте прописано, что ты ведешь центральный матч, значит, так оно и есть. Ты не обязан отдавать эфир другому просто так.
Говорят, что по-настоящему большие деньги пришли к нему с викториной «Кто хочет стать миллионером».
— В 2000 году мне предложили посмотреть английский формат викторины. Я сел смотреть с женой Марит, и она сказала: «Йорам, это ты». Я пришел на прослушивание, и моя жизнь изменилась. Как футбольный комментатор я имел в основном мужскую аудиторию, а тут вдруг стал ведущим в консенсусе с рейтингом 30%.
Взгляд на страну
На вопрос о политических взглядах Арбель отвечает: «Я нахожусь в центре, посередине. С точки зрения социального восприятия — возможно, даже немного левее».
— Как вы себя чувствуете при нынешнем правительстве?
— Я обеспокоен, страна находится на краю глубокой пропасти. Демократия останется, но она будет испорченной. Я бы хотел видеть в руководстве таких людей, как Гади Айзенкот, который, на мой взгляд, великолепен, или Яира Голана, которого я очень люблю.
О своем бывшем доме, «Решет 13», и новом владельце Асафе Раппапорте он отзывается с надеждой: «Раппапорт — это проблеск надежды для мира СМИ. Он видит, что страна находится в упадке, и знает, что у журналистики есть важная роль в формировании общественного сознания. На экономическом уровне там нет будущего, но я бы до смерти хотел вести у него спортивную программу».
«Я заслуживаю Премию Израиля»
Арбель прошел через многое: от трансляции начала Шестидневной войны до сообщения об убийстве Ицхака Рабина. Он признает ошибки прошлого, такие как молчание во время скандального «матча шнурков» 1998 года, и не боится критиковать полицию, как это было в 2001 году во время трагедии на стадионе «Кирьят-Элиэзер».
— С вашим стажем вы естественный кандидат на Премию Израиля. Стремитесь к этому?
— Я думаю, что заслуживаю Премию Израиля в своей области, потому что мое влияние на спортивные трансляции в стране было и остается значительным. Я бы принял ее с гордостью, но зависит от того, кто бы ее вручал. Если бы сегодня я выиграл, я бы не взял — и не потому, что не заслуживаю. Я подожду следующего года.
На вопрос о том, когда он окончательно повесит микрофон на гвоздь, Йорам Арбель отвечает коротко:
— Он останется у меня в руке до конца. Или пока я не почувствую, что это уже не то.
