Жизель Пелико: как жертва насилия возвращает себе голос
Жизель Пелико стала символом борьбы против насилия после того, как её муж годами накачивал её наркотиками и организовывал её изнасилования. В своей автобиографической книге «И что касается радости жизни» она рассказывает не только о пережитом ужасе, но и о пути к обретению свободы и достоинства.
15 февраля 2026 года во Франции вышла в свет автобиографическая книга Жизель Пелико — Et la joie de vivre («И что касается радости жизни»). Пелико, родившаяся в 1952 году, волей-неволей стала одним из самых значимых феминистских символов современности. В период с 2011 по 2020 год, находясь в бессознательном состоянии из-за наркотиков, которые ей давал муж Доминик, она неоднократно подвергалась изнасилованиям со стороны него и десятков незнакомых мужчин, приглашенных в их дом в Мазане.
Преступление раскрылось случайно: видеозаписи насилия были обнаружены в устройствах мужа. Судебный процесс над 51 мужчиной перевернул общественный дискурс далеко за пределами Франции. Книга, написанная в соавторстве с журналисткой Жюдит Периньон, — это свидетельство не только о перенесенных страданиях, но и о женщине, которой она решила стать после.
«Эта история уже не принадлежит полностью мне, — пишет Пелико. — Она пробудила немую и глубокую боль, истоки которой уходят в начало времен. Мне пришлось идти вдоль линии разлома — моего разлома. Словно акробат на натянутом канате, я должна была продолжать идти вперед». Из этого осознания выросло решение отказаться от суда за закрытыми дверями. «Стыд должен сменить сторону», — заявила она, перевернув логику молчания, навязываемую жертвам поколениями.
Путь через боль
В начале книги Пелико описывает детство и юность, отмеченные смертью матери, жестокостью мачехи и молчанием отца. Эти главы показывают, как рано она научилась выживать внутри чужого безразличия. Хотя с литературной точки зрения эти части могут казаться менее сильными, стиль Жюдит Периньон помогает выстроить достоверную повествовательную рамку.
Главы о 50 годах брака предлагают глубокий анализ. Пелико не называет свой брак сплошным обманом, но признает, что муж медленно затягивал хватку, возможно, из-за неспособности смириться с её карьерным успехом. «Если бы у меня отняли последние пятьдесят лет моей жизни, это означало бы, что я никогда не существовала», — отмечает она, отказываясь от упрощенных оценок своего прошлого.
Пропасть между правдой и утешением
Один из самых болезненных аспектов книги — отношения с детьми, которые вычеркнули отца из жизни. Пелико понимает их выбор, но сама не может пойти по этому пути. Признание мужа в суде также не принесло облегчения: «Перед лицом человека, с которым я строила жизнь пятьдесят лет, не было закрытия. Была пропасть».
Когда адвокаты подсудимых пытались превратить её в «эксгибиционистку» или «соучастницу», Пелико отвечала твердым взглядом. Она никогда не называла себя феминисткой, но именно изнутри своего опыта она формулирует острую критику культурных императивов, приучающих женщин молчать, а мужчин — видеть в них объекты.
Завершая книгу, Пелико пишет: «Я хочу использовать эту историю, чтобы найти слова для описания того, что я прошла. Чтобы сказать, что больше не боюсь быть одна, что я заново нашла радость жизни, что я жива». Это не наивный оптимизм, а расчетливое решение найти свет в другом месте, несмотря на осознание того, насколько высок процент потенциальных насильников в обществе.
«И что касается радости жизни» (Et la joie de vivre), Жизель Пелико, издательство Flammarion, 320 страниц.
