Режим

Спустя четыре года после смерти Махсы Амини иранское общество продолжает переживать глубокую психологическую трансформацию и сопротивление режиму.

Премьер-министр Биньямин Нетаниягу заявил, что свержение режима в Иране является главной задачей, стоящей перед Израилем, добавив, что она «близка» и «достижима». Он выступил с этим заявлением во время церемонии поднятия бокалов в честь праздника Рош ха-Шана 5787 года вместе с министром обороны Исраэлем Кацем, начальником Генштаба ЦАХАЛ генерал-лейтенантом Эялем Замиром и членами Генерального...

В интервью радиостанции Трамп утверждает, что Моджтаба не был ликвидирован, а получил тяжелые ранения в левую сторону, и нападает: «Режим притворяется». Об отсутствии восстания в Иране он сказал: «Нельзя ожидать, что граждане выйдут на улицу, когда по ним стреляют из пулеметов».

В ходе программы «Утренний выпуск» с Даной Варон эксперт по иранским делам Нати Тубиан прокомментировал статус Моджтабы Хаменеи. Тубиан отреагировал на заявления высокопоставленного политического источника о том, что Моджтаба «точно жив», назвав его «марионеткой в руках Корпуса стражей исламской революции».

В социальных сетях Ирана нарастают отчаяние и страх перед эскалацией ситуации. Пользователи сообщают о резком росте числа казней, ужесточении репрессий и экономическом коллапсе, при котором курс доллара достиг 180 тысяч туманов.

День после прекращения огня в Иране: трое жителей Тегерана рассказывают о страхе перед жестоким режимом и чувстве отчаяния. Они опасаются, что остались один на один с властью, которая теперь начнет мстить собственному народу.

После прекращения огня многие жители Ирана испытывают глубокое отчаяние и чувство покинутости. Граждане опасаются, что власти Исламской Республики усилят репрессии и начнут мстить собственному народу.

После ликвидации многих высокопоставленных лиц в Иране в ходе совместных действий США и Израиля, Фонд защиты демократий (FDD) определил пять наиболее влиятельных фигур, обеспечивающих выживание режима. Эти люди руководят ключевыми институтами, включая парламент, Корпус стражей исламской революции и судебную систему.

После 40 дней боевых действий хрупкое перемирие принесло тишину на улицы Тегерана. Пока сторонники режима празднуют «победу», молодые иранцы рассказывают New York Times о страхе перед жестоким подавлением протестов, о колоссальном ущербе стране и о том, что их охватил ужас из-за угроз Трампа «уничтожить цивилизацию».