80 лет спустя после Холокоста: текст, который объясняет то, что мы отказываемся понимать об антисемитизме | Меир Узиэль

Ненависть к еврейскому народу вновь вспыхнула в мире, и меня поражает тождественность типов антисемитов в западном обществе, которые участвуют в ней с таким пылом. Мы полагали, что антисемитизм исчез — что после создания Государства Израиль и ужасов Холокоста в мире, по крайней мере в западном, больше нет места для подобных явлений. Внезапно мы обнаружили, что ничто не исчезло.

Были те, кто прекрасно понимал еще по окончании Второй мировой войны, что антисемитизм никуда не делся. Одним из них был Жан-Поль Сартр, один из самых известных мыслителей и творцов XX века: писатель, драматург, философ и левый деятель, склонный к коммунизму, который видел суть ненависти к евреям предельно ясно.

Он написал книгу под названием «Размышления о еврейском вопросе». Его спутница, Симона де Бовуар, писательница и одна из величайших фигур феминизма, была сторонницей Израиля даже в большей степени, чем он сам.

Вот немного из того, что писал Сартр:

«Когда человек приписывает невзгоды своей страны и свои беды евреям и стремится исправить положение путем лишения их прав, их изгнания или уничтожения, говорят, что у него антисемитские взгляды. Но определение «взгляды» вводит в заблуждение. Оно представляет антисемитизм так, будто это одно мнение среди других. Антисемитизм — это не мнение, родившееся из проверки фактов. Это прежде всего сильное чувство».

Сартр, ты мне это рассказываешь? К сожалению, есть даже евреи, которые не понимают этого и полагают, что у антисемитизма, особенно в его форме, именуемой «антисионизмом», есть рациональные причины. «Антисемит может быть вежливым человеком, преданным семьянином, любителем культуры, филантропом и даже терпимым в других вопросах. В этом нет противоречия», — отмечал Сартр.

«Ненависть к евреям не обязательно является сиюминутным порывом грубого человека, она может существовать внутри достойной и упорядоченной жизни. Должно быть ясно, что никакое внешнее обстоятельство не внедрило в антисемита его ненависть. Антисемитизм — это свободный выбор самого человека».

Сартр приводил примеры. Например: «Коллега по работе сказал мне, что евреи его бесят: «Еврей был принят на вторую степень по гуманитарным наукам в то время, как я получил отказ. Не убедишь меня, что тот еврей, чей отец приехал из Кракова или Львова, понимал французскую поэзию лучше, чем настоящий француз, как я». Антисемит выбирает ненависть, потому что она дает ему уверенность. С того момента, как еврей выбран виновным, мир становится понятным».

И еще одна цитата, которая льстит евреям, но горе этой лести: «Антисемит легко признает, что еврей умен и трудолюбив. Охотно признает, что он ниже еврея в этих аспектах. Это признание не важно в его глазах. Он взял эти достоинства в скобки. Напротив, ведь они уменьшают ценность еврея». Далее Сартр пишет со смелостью, которая звучит сегодня даже актуальнее, чем в свое время: «В глазах антисемита разум — еврейский, следовательно, он может презирать его, как и все другие добродетели евреев, с полным спокойствием духа».

Эти строки были написаны в 1944 году, а книга вышла в 1946-м, после поражения нацистов. Казалось бы, время, когда можно было предположить, что антисемитизм исчез. Сартр и де Бовуар, несмотря на множество их идейных и моральных ошибок (например, поддержка Сталина), видели ситуацию яснее многих.

В последние недели я погружаюсь в труды де Бовуар и Сартра, готовя литературное представление по их произведениям, которое состоится в «Цвавта» в Тель-Авиве в понедельник, 24 августа. Я читаю об их яркой жизни и мне любопытно узнать об их визите в Израиль в 1967 году. Они проводили встречи в стране около трех недель, посетив также Египет и лагеря беженцев в секторе Газа, который тогда находился под контролем Египта.

Визит принес специальный выпуск французского журнала «Les Temps Modernes», который редактировали Сартр и де Бовуар. Это выпуск объемом около тысячи страниц под названием «Израильско-арабский конфликт». Его уникальность заключалась в попытке поставить рядом израильские и арабские аргументы, а не диктовать одну позицию. Уже там появляется все, о чем мы спорим сейчас.

Нужно прочитать слова Сартра об антисемитизме сегодня, чтобы понять то, что мы все еще не хотим осознать: чтобы бороться с чем-то или защититься от чего-то, нужно прежде всего понять, что это такое.