А вы останетесь здесь? Моя боль как матери погибшего воина из-за политической сделки ультраортодоксов и Нетаниягу
Мой сын Эйль вышел из дома учения, чтобы спасти Израиль от врага. Законы об иммунитете и уклонении — это не только удар по равенству, но и превращение Торы в политический инструмент за счет тех, кто несет службу.

Новое дно было пробито сегодня вечером, когда стало известно о сделке, заключенной между Биньямином Нетаниягу и ультраортодоксами: принятие Основного закона об изучении Торы и закона о предоставлении иммунитета ультраортодоксальным уклонистам от призыва. А какова цена? Она до сих пор даже не ясна.
Это политическая сделка, заключенная за спиной той части общества, которая несет службу и уже почти три года стонет под этим бременем. Кажется, что перед нами происходит торговля базовыми ценностями. Подобные договоренности усиливают постыдное ощущение того, что политическая система готова торговать фундаментальными принципами ради краткосрочных политических достижений.
Предоставление иммунитета определенной группе, которая не участвует в экзистенциальных усилиях государства, подрывает принцип равенства перед законом. Это звучная пощечина религиозно-сионистской общественности и всем законопослушным гражданам страны. Неужели есть граждане, чья кровь «голубее», чем кровь других?
Как мать Эйля, моего дорогого сына, который пал в секторе Газа накануне праздника Ханука 5784 года, я чувствую сегодня вечером прежде всего боль за Тору, которую эта сделка цинично использует как «инструмент для копания».
Эйль и многие другие, подобные ему, которые сейчас заполняют военные кладбища по всей стране, хорошо умели не только заучивать и изучать Письменную и Устную Тору, но и исполнять ее на практике. Они вышли из домов учения прямо на поле боя, чтобы спасти Израиль от врага. Это самое простое и самое чистое, что есть.
Все, что мне остается сделать сегодня вечером перед лицом действий правительства и его главы, — это присоединиться к Моше-рабейну, который взывал к сынам Гада и сынам Реувена, и воззвать от всего сердца к нашим братьям-ультраортодоксам:
«Неужели братья ваши пойдут на войну, а вы останетесь здесь?»



