Абу-Гош — это не только хумус: урок настоящего добрососедства
Арабский язык в глазах многих израильтян ошибочно воспринимается как «угрожающий». Однако подлинное соседство становится искренним лишь тогда, когда люди понимают язык друг друга.
Великолепный вид открывается из дома Табета Абу-Гоша в одноименной деревне. Каменное здание возвышается над живописной местностью, пейзажи которой видны как на ладони. Дом расположен прямо над рестораном «Караван», который, кажется, знает каждый израильтянин. На прошлой неделе сюда собрались десятки жителей деревни — большая семья и ее ветви, чтобы почтить память Табета. Он ушел из жизни несколько недель назад в возрасте около 85 лет. Это было впечатляющее событие: после щедрой трапезы приглашенные поднялись на просторную террасу, где мужчины и женщины расположились раздельно, и под сводами непрерывно звучали суры Корана на арабском языке.
Я знал Табета по своим визитам в ресторан, куда время от времени приходил, чтобы насладиться его деликатесами, встретить этого благородного человека и обменяться с ним воспоминаниями. Его дружба согревала сердце: добрые глаза, скромность, улыбка удовлетворения, густые усы, трость в руке. Он жаловался лишь на ухудшающееся здоровье и сокрушался о том, что происходит в стране. Табет был похоронен в родной земле.
В моих глазах он символизировал возможное братство между евреями и арабами в нашей стране, как и вся эта прекрасная деревня. Это проявилось не только в словах, но и в делах — еще со времен ишува и борьбы с британскими оккупантами. Жители Абу-Гоша сотрудничали с подпольем «Лехи», а двое из них помогли организовать побег участницы подполья Геулы Коэн из британского госпиталя в Русском подворье в Иерусалиме. Одним из этих двоих, Юсефом Абу-Гошем, был отец Табета.
Было вполне естественно, что на мероприятие пришел сын Геулы, Цахи Ханегби, со своей супругой Рэнди. В книге Геулы «У меня нет сил быть усталой» есть целая глава, полная нежности, посвященная Юсефу Абу-Гошу, человеку «Лехи». Она писала: «С тех пор как он ушел из жизни, каждый мой визит в деревню Абу-Гош, ставшую значимой частью моей жизни, посвящен встрече с Табетом, который мне как член семьи». И добавляла: «Нет ни одного визита, когда бы меня не посещало сильное желание подняться на могилу Юсефа и от имени моего неблагодарного народа, в руководстве которого есть те, кто умеет любить наших врагов, но ненавидеть наших друзей, попросить прощения».
Ханегби, уже не занимающий пост главы СНБ, первым выступил на поминках. Он напомнил об особой связи между жителями Абу-Гоша и подпольем «Лехи». Деревня считалась самой дружественной из всех арабских деревень в Эрец-Исраэль — до такой степени, что ее жители обвинялись окрестными арабами в предательстве.
Меня также попросили произнести речь. Я говорил о своем уважении к Табету Абу-Гошу как к символу сосуществования, о глубокой скорби в связи с его кончиной и добавил: «Вы, жители Абу-Гоша, говорите на беглом иврите, в то время как большинство из нас, еврейских граждан, не знают арабского. Недопустимо, чтобы дети Израиля были отчуждены от языка наших соседей и тех, кто живет среди нас, израильских арабов. Знание языков сближает народы, особенно с такими верными соседями, как арабы Абу-Гоша».
Мои слова были встречены кивками согласия, после чего присутствующие еще долго продолжали чтение стихов из Корана. Все, что я понял, было: «Ла илаха илля-ллах ва Мухаммадун расулю-ллах». Я почувствовал смущение. Почему-то арабский язык считается в глазах многих израильтян «угрожающим»: может быть, говорящий на нем — террорист? Может быть, он что-то замышляет? Безусловно, после 7 октября подозрения усилились, и израильтяне стали больше сторониться арабской речи в торговых центрах или на стройках. Знание арабского предназначено не только для разведывательных целей, в духе «знай своего врага». Соседство становится более настоящим и искренним, когда соседи понимают язык друг друга. Недостаточно того, что твой арабский сосед говорит на твоем языке. Иврит и арабский — родственные языки. Возможно, они способны нас сблизить?
В эти дни были опубликованы тревожные данные о незнании английского языка среди израильских школьников: лишь 20% из них преодолели минимальный порог. При всей важности английского, в разы важнее знание арабского — языка пространства, в котором расположен Израиль. Министерство образования обязано поощрять изучение арабского языка в школах, сделав это задачей первостепенной важности.
С покойным Табетом Абу-Гошем я всегда разговаривал на иврите. Теперь, когда его нет, укрепилось мое убеждение в том, что важно поощрять у нас знание его родного языка — языка меньшинства, живущего рядом с нами.
