Я прозрела? Как же иначе: долгий путь от Осло до трагедии Йотама

Привет, дорогая Ирис. Как же замечательно, что ты родилась в Хайфе, в рабочем квартале, в «красной» Хайфе. Ты ведь еще помнишь первомайские демонстрации, правда? Ты выросла в тени историй о том, как твой дед служил охранником в британской армии, а позже получил должность начальника железнодорожной станции в Биньямине.

Была еще одна мрачная история: кто-то ворвался к нему домой и нанес сильный удар по голове, что-то связанное с ошибкой в идентификации? Может быть, нет. Может, его подозревали в сотрудничестве с тогдашним руководством страны, «Хаганой». Любимая Ирис, именно там все началось. Ужасный внутренний конфликт между нами.

Перенесемся на несколько лет вперед, дорогая Ирис. И вот ты уже женщина, не ребенок, и уже не под защитой сионистской семьи, которая репатриировалась в Палестину в 1934 году, с кибуцами «Ха-шомер ха-цаир», которые верили в сосуществование, в двунациональное государство, где арабы и евреи живут вместе. Так тебя воспитывали и в движении «Маханот ха-олим».

1995 год — тебе скоро 30. Ты вышла замуж, у тебя двое детей. Один из них, маленький Йотам, только родился. Ты работаешь, чтобы прокормить семью, и живешь на самом краю страны, в месте, завоеванном кровью, потом и слезами в Войну за независимость. В Западном Негеве, в кибуце Гвулот.

Ты не замечала, что даже невинные люди, идущие по Иерусалиму, погибают в терактах в автобусах? Они тоже не должны были там находиться? У тебя нет эмпатии к этим «поселенцам». Они виноваты.

Ты не совсем осознаешь общую картину, ты хочешь верить, точно так же, как твои родители и дедушки с бабушками, что можно жить вместе. Ты гуманный человек, миротворец, веришь в мир. Приходят соглашения Осло, ты и твой муж на седьмом небе от счастья, мир на пороге, Ицхак Рабин принесет его нам. Все проблемы отныне будут решены. Больше не будет погибших, и твои сыновья не пойдут в армию.

В ноябре 1995 года все рушится. Ты по-прежнему видишь только одну сторону, ту, что сорвала мирные соглашения — правый лагерь. Так они хотят, чтобы ты верила. Ты начинаешь испытывать гнев к своему народу, они виноваты.

Ты отвернулась от горя и боли.

В 2005 году, когда тебе почти 40, в семье появилась еще одна девочка, ты все еще живешь в кибуце Гвулот, и с 2000 года не прекращаются теракты за забором. Ты спрашиваешь себя: почему мы должны быть там? Что мы там делаем? Специально раздражаем бедных арабских жителей, которые просто хотят жить с нами в мире?

Ты не замечала, что даже невинные люди, идущие по Иерусалиму, погибают в терактах в автобусах, они тоже не должны были там находиться? Гнев переполняет тебя, ты жалеешь наших солдат, у тебя нет эмпатии к этим «поселенцам». Они виноваты.

В то время как этих поселенцев изгоняют из их красивых, обустроенных и ухоженных домов, ты отворачиваешься от их горя и боли, забываешь, кто твои соплеменники, и тем самым снова повторяешь тот самый удар, который получил твой дед по голове, и шрам остается на всю жизнь. Большая боль.

Любимая Ирис, больно писать эти вещи с такого расстояния, прошло почти три года, ты прозрела? Мне кажется, что да, как можно иначе. После того как люди, в которых ты всю жизнь верила, что с ними можно жить, вошли намеренно, спланированно — вооруженные террористы вместе с толпой из Газы, фанатичные, агрессивные и кровожадные мусульмане — в дом твоего сына, похитили его, держали в плену и стали причиной его смерти, вместе с тысячами других твоих соплеменников. Ты прозрела. И хорошо, что так.

Автор — мать Йотама Хаима (светлой памяти), который был похищен в Газу и сумел сбежать вместе с двумя другими заложниками, но все трое были ошибочно убиты огнем сил ЦАХАЛа.