Алекс, Бени и Арнон: память о павших героях

При звуке сирены в канун Дня памяти, когда начинается минута молчания, перед моими глазами оживают образы Алекса, Бени и Арнона. Три бойца, три десантника, с которыми моя душа была связана неразрывно. Прекрасные израильтяне, пожертвовавшие своей молодостью ради существования Государства Израиль.

Бени Хар-Захава я впервые встретил в августе 1975 года на этапе отбора в бригаду «Цанханим». Несмотря на то, что наши дома в северном Тель-Авиве разделяли всего несколько сотен метров, мы не были знакомы. Он учился в ешиве-тихонит, я — в светской городской школе. Он состоял в движении «Бней Акива», я — в «Бейтаре». Только добровольный призыв в десант свел нас, и с тех пор мы не расставались. Хотя нас распределили в разные батальоны, в каждом отпуске мы старались быть вместе, и Бени увлеченно рисовал на топографической карте дерзкие планы похода к Красной скале в Петре, которая тогда находилась на территории враждебной Иордании.

Бени был прирожденным лидером. Любимый друзьями и уважаемый командирами, он жил чувством долга — стремился подписать контракт на сверхсрочную службу и брать на себя самые сложные задачи. Однажды он пришел на встречу с рукой в гипсе. Я спросил, что он намерен делать теперь, когда придется оставить курс подготовки. Бени не понял вопроса. Что значит оставить? Он собирался делать всё то же, что и остальные: бегать, ползти, карабкаться, стрелять и нести тяжести. Сломанная рука и боль были для него пустяком. Я думал, он бредит, но Бени действительно преодолел все препятствия, завершил 14-месячный курс и был назначен командиром в роту новобранцев.

10 мая 1977 года я видел его в последний раз. Мы случайно встретились в Иорданской долине перед началом комбинированных учений бригады «Цанханим». Бени, как всегда улыбчивый и оптимистичный, с энтузиазмом рассказывал о планах закончить офицерские курсы и вернуться в батальон командиром взвода. Я поделился новостями о скорой демобилизации и учебе. Мы обнялись и расстались. Стемнело. Наши роты поднялись в вертолеты. Пятнадцать «Ясуров» взлетали один за другим, имитируя переброску бригады по воздуху. Но вертолет Бени не приземлился. Ряд неисправностей привел к крушению на склоне холма рядом с поселением Йитав. Народ Израиля потерял 54 отважных бойца — большинство из них были командирами и солдатами призыва августа 76-го года 890-го батальона — и 10 членов экипажа. Катастрофа «Нун-Далет» навсегда врезалась в национальную память. В моей же памяти запечатлелся взгляд его добрых голубых глаз, когда он махал мне на прощание из военного «командкара».

Алекса Лазара я узнал на базе десантников Санур в Самарии. Мы стали близкими друзьями за несколько дней. Вместе с Дани мы образовали неразлучную тройку, благодаря которой я преодолевал трудности службы. Алекс, уроженец Хайфы, пришел в армию из сельскохозяйственной школы Эйн-Керем. Опыт связи с землей и ежедневный физический труд сделали его выдающимся бойцом с первых дней. Благодаря своей стойкости Алекс стал легендарным пулеметчиком роты, первым в любом сложном деле. Это лидерство предрешило его судьбу в марте 1978 года во время операции «Литани», когда он возглавлял передовой отряд в Южном Ливане. В столкновении с террористами Алекс погиб. Я любил его за бесконечную преданность друзьям, за верность ценностям правды и скромности.

В том же бою пал и лейтенант Арнон Шварцман из кибуца Кфар-ха-Наси. Арнон был моим командиром взвода — уникальным, любимым и глубоко уважаемым. Он всегда вел себя с солдатами приветливо, но требовал бескомпромиссного профессионализма и полной самоотдачи. Искусственная «дистанция» его не интересовала. Мы черпали в нем вдохновение, зная, что его путь к командованию был непростым: Арнон боролся за повышение своего медицинского профиля, преодолевая бюрократию. Когда ему удалось убедить ЦАХАЛ позволить ему служить в десанте, остальные препятствия показались незначительными. Арнон закончил курс офицеров пехоты как отличник и вернулся командиром в 202-й батальон, в котором вырос.

Как и в случае с Бени и Алексом, гибель Арнона стала непостижимой вестью и невыносимым ударом для всех нас. Даже сегодня, спустя почти пять десятилетий, история Арнона, Бени и Алекса — это история израильского общества: история превосходства, отдачи и самореализации, а также боли, которой нет утешения. Да будет благословенна их память.