Амит Сегаль знает: кто-то здесь лжет или ошибается по-крупному

Судебный активизм

Снова и снова местные документальные проекты оказываются суровой «прачечной» для сериалов, которые по своей сути являются лишь документальным реалити. На этой неделе настала очередь проекта «Судьи» (Кан 11) — статусного продолжения сериала «Справедливости, справедливости ищи», представляющего беспрецедентную документацию работы судей. Однако дела, условия, законодательство и протест служат здесь лишь декорациями. Подобно тому, что происходит в другой документальной ленте корпорации «Кан», «Родители в терапии», технико-юридические обстоятельства мешают «Судьям» углубиться в истории подсудимых. Чтобы достичь некой «псевдоглубины», сами судьи приоткрывают завесу частной жизни: один накладывает тфилин, другая вяжет. Судьи плавают, рисуют и занимаются множеством других внеклассных дел, как будто это делает их персонажами более интересными, чем колоритные адвокаты, иногда мелькающие в кадре.

Более того, сериал оказывает скорее медвежью услугу. Раз за разом он демонстрирует колоссальную нагрузку в судах и необходимость проводить короткие заседания, и именно это происходит с самим проектом: поверхностное и небрежное произведение выбирает количество вместо качества. В центре «Судей» стоит процесс по делу об убийстве бизнесмена Эльдада Пери — одно из самых интригующих дел последнего времени, — но оно представлено с совершенно нерелевантного ракурса. В нем нет погружения в душу убийцы, знакомства с убитым или анализа сложностей процесса. Есть только частная точка зрения судьи, которая, несмотря на высокие слова о важности момента, не оправдывает себя как фактор, заслуживающий пристального наблюдения. В этом смысле «Судьи» подобны взгляду на бурную арену через дверной глазок.

Что посмотреть?

Второй сезон сериала «Грызня» (Netflix) — если вы смотрели первый, то знаете, какой это кайф. Новая история, новый актерский состав, серии, которые невозможно прервать на середине, и более удачный ответ Netflix на «Белый лотос».

Путь, который вообще не был вариантом

Может ли сериал HBO пройти незамеченным? Вполне возможно, что «DTF Сент-Луис» (HBO Max) — один из самых ярких тому примеров. Хотя в большинстве случаев пропущенные сериалы HBO были таковыми по своей сути, «DTF Сент-Луис», завершившийся на этой неделе, был просто хорошим, оригинальным и странным проектом. Продвигаясь по пути своей тайны смерти и кризиса среднего возраста, он не выбрал «неизбранную дорогу» из стихотворения Роберта Фроста. Он остановился, увидел куст, вырвал его и прорубил себе путь, который вообще не был вариантом.

Дружба между двумя мужчинами? Добавим ей гомоэротический оттенок и общение на языке жестов. Женщина, которая перестает быть привлекательной? Оденем ее в случайную форму спортивного судьи, которая является полным анти-сексом. Пара детективов? Разместим их в участке, спроектированном будто не в Миссури, а в Скандинавии, и вооружим одну из них высказываниями, делающими атмосферу максимально неловкой. В реальности, где сериалов больше, чем человеческий организм способен вместить, «DTF Сент-Луис» понял, как выделиться на фоне пейзажа. Но даже в HBO не поняли, как продать аудитории настолько странный сериал, поэтому остается только пообещать: вы никогда его не забудете.

Один кадр на память

Этот сезон «Большого брата» (Решет 13) отказывается взлетать, так что хорошо, что хотя бы Шелли Серебряников ломает в нем четвертую стену.

Венгерский вопрос

В последнее время в сети выросло движение аккаунтов-преследователей против Амита Сегаля. На этой неделе некоторые из них опубликовали фрагмент комментария обозревателя 12-го канала, вышедший в эфир перед закрытием участков в Венгрии. В нем Сегаль описал черты сходства между премьер-министром Орбаном и премьер-министром Нетаниягу: опытные правые фигуры, которые отстают в опросах мейнстримных каналов, но лидируют на своих «домашних». А последний социолог, предсказавший победу Орбану, — это личный социолог Нетаниягу. Важно то, что Сегаль понял, что он сказал и в какой момент.

«Давайте представим, что завтра утром мы проснемся при поражении Орбана, как предсказывало большинство опросов», — предложил Сегаль, — «Первым выводом Нетаниягу будет то, что он не может полагаться на опросы, предсказывающие ему победу, и что его положение может быть очень тяжелым». Прошли часы, и уже ночью Орбан признал поражение. И вот, это случилось. Опрос 12-го канала давал блоку Нетаниягу 50 мандатов, Кан 11 — 51, 13-й канал — 54. Между тем, опрос 14-го канала дал тому же блоку 65 мандатов, i24NEWS — 64. Трудность в том, чтобы примирить их друг с другом — это то, на что ссылался Сегаль. Предположим осторожно, что никто не лжет. Это значит, что кто-то определенно ошибся и ошибается по-крупному уже долгое время.

Трудно поверить, что это разделение между опросами разных каналов является чисто случайным. Но до сегодняшнего дня опросы по мандатам были прибежищем скучающего редактора новостей. Теперь осталось только избавиться от очередной бури вокруг церемонии зажжения факелов, возможно, немного Мундиаля, не забывайте про вариант с Ираном, и эти опросы с их бездонными разрывами вернутся на авансцену. Так верна ли венгерская притча Сегаля? Не обязательно. Несмотря на зафиксированное в Венгрии поражение, щедрый Шломо Фильбер с 14-го канала не является официальным социологом Нетаниягу. Что точно верно, так это то, что нынешняя ситуация невыносима. Если оставшиеся полгода до выборов будут характеризоваться настолько противоречивыми опросами, это приведет к массовому оспариванию их результатов. Необходимо помнить, что коллективного сомнения требуют именно сами опросы. При всем уважении к ветрам перемен, это должно стать настоящим уроком Венгрии.

На следующей неделе

День Независимости проходит под знаком конца эпохи «Бузаглос» с финальным сезоном (Yes, 21.4); «Только в Израиле» возрождается к празднику (Кешет 12, 22.4); традиционный спецвыпуск «Эрец Нехедерет» (Кешет 12, 22.4); «Касса Рашит» (Кан 11, 22.4); «Очень странные дела: Истории из 1985 года» (Netflix, 23.4); новая драма Ричарда Гэдда «Наполовину человек» (HBO Max, 24.4); и документальный сериал «И их помощники» о судах над евреями, подозреваемыми в сотрудничестве с нацистами (Кан 11, 25.4).