«Бейс» хочет унизить юридического советника правительства — в «Ликуде» обязаны опомниться

Способность Кнессета реализовывать свою роль в качестве контролирующего органа исполнительной власти напрямую зависит от доверия между ветвями власти. Предоставление защиты депутату Тали Готлиб от уголовного преследования за деяние, совершенное преднамеренно и при полном осознании его незаконности, разрушит это жизненно важное доверие. Более того, это приведет к еще более глубокому падению авторитета Кнессета в глазах общественности, который и без того находится ниже уровня Мертвого моря.

При всем уважении к политическим соображениям, коалиция во главе с правящей партией обязана опомниться и поставить во главу угла общественные интересы, а не праймериз или желание в очередной раз «ткнуть пальцем в глаз» судебной системе.

У Кнессета две основные функции: законодательная деятельность и контроль над исполнительной властью. Кнессет — институт, представляющий народ Израиля, — сегодня слаб. Правительство попирает его полномочия сплошь и рядом, зачастую навязывая свою повестку. В аспекте контроля над правительством парламент также терпит серьезные неудачи. Нередко представители министерств игнорируют заседания комиссий, на которые их вызывают. Часть этого нежелания сотрудничать проистекает из недоверия к способности депутатов проявлять ответственность при работе с конфиденциальной информацией.

Дело Готлиб может стать тем самым оползнем, который похоронит остатки способности Кнессета функционировать. Если вкратце: Готлиб заведомо совершила преступление согласно закону о «Шабаке», раскрыв имя сотрудника службы — деяние, за которое предусмотрено до трех лет лишения свободы. Даже после того, как ее попросили удалить публикацию из социальных сетей, она отказалась это сделать. На протяжении всего уголовного процесса она бойкотировала правоохранительные органы. Только после предъявления обвинительного заключения она обратилась в Кнессет за депутатской неприкосновенностью.

Неприкосновенность — это правовой институт, цель которого — позволить депутатам действовать и выполнять свою миссию без страха перед уголовным преследованием. Закон устанавливает, что она предоставляется, если правонарушение было совершено «при исполнении обязанностей или ради их исполнения» и при условии, что не ущемляются общественные интересы. Еще три десятилетия назад суд постановил, что неприкосновенность применима лишь тогда, когда правонарушение совершено в пылу момента и в ходе выполнения разрешенного действия. Так, например, когда Нетаниягу, будучи лидером оппозиции, раскрыл секретный документ с трибуны Кнессета, ему была предоставлена защита.

Случай Готлиб принципиально иной. Исходя из собственной миссии — раскрыть «предательство» органов безопасности до 7 октября, — она отправилась в крестовый поход, в рамках которого грубо попрала закон. Мало того, что ее правонарушение не было совершено «в пылу момента», она повторяла его неоднократно. Все это сопровождалось утверждениями, не имеющими под собой правовых оснований, о том, что неприкосновенность якобы защитит ее от ответственности.

За всю историю Кнессета не было депутата, который вел бы себя подобным образом. Даже в тех редких случаях, когда парламент предоставлял неприкосновенность, речь шла о единичных действиях, как в случаях с Нетаниягу, Ханегби и Гороловским, или о ситуациях, где уголовный характер деяния выявился постфактум, как с Хаимом Кацем. Предоставление защиты в случаях, когда депутаты сознательно попирают уголовный закон во имя «миссии» — реальной или воображаемой, — приведет к тому, что члены Кнессета будут соревноваться не только в резких высказываниях, но и в совершении преступлений, доказывая свою преданность избирателям и пренебрежение к верховенству закона.

При таком положении дел вероятность того, что государственные органы будут делиться с Кнессетом секретной информацией для осуществления парламентского контроля, будет стремиться к нулю. И это справедливо. Власть неразрывно связана с ответственностью. Быть правящей партией означает проявлять государственное мышление и готовность предпочесть благо страны интересам партии или отдельного депутата. Это остается верным, даже если «бейс» хочет унизить юридического советника правительства и правоохранительные органы.

Д-р Шуки Фридман — генеральный директор JPPI (Института политики еврейского народа) и преподаватель права в Академическом центре Переса.