Больше никаких Шикли и Сильман: явление «калантаризма» должно прекратиться

Одной из самых уродливых черт нашей политической системы является «калантаризм», и в преддверии следующих выборов нам стоит рассмотреть его заново. Предыстория: в 1956 году в городском совете Иерусалима заседал человек по имени Рахамим Калантар. Он вышел из своей фракции после избрания и, вопреки её позиции, передал свою поддержку тогдашнему мэру Гершону Агрону. Взамен он получил должность заместителя мэра и другие назначения. С тех пор подобное поведение стало называться «калантаризмом», и оно значительно шире распространилось на арене Кнессета.

Своих пиков это явление достигло после падения правительства национального единства в марте 1990 года по инициативе Шимона Переса. Кнессет не был распущен, решение о новых выборах не принималось, и предпринимались попытки сформировать новое правительство из числа действующих депутатов. Началась интенсивная борьба между движением «Авода» и движением «Ликуд» за формирование следующего кабинета, и вскоре выяснилось, что победит та сторона, которая сможет привлечь больше перебежчиков из других партий. Соблазны, предлагаемые потенциальным перебежчикам, захватили нашу демократическую систему, мы стали посмешищем в глазах мира и даже в собственных глазах, а широкая общественность была в ярости и требовала изменения системы правления.

Депутат Кнессета в Израиле избирается не из-за его личных качеств или мировоззрения. Он избирается как часть определенного списка, своего рода команды, предлагаемой общественности партией. Самим фактом своего избрания он обязан верностью как своей партии, представленной в Кнессете в качестве фракции, так и электорату, отдавшему свой голос за эту фракцию. Мандат не является частной собственностью избранного депутата. Если депутат забирает голоса избирателей, проголосовавших за его партию, и передает их другой, он злоупотребляет доверием избирателей и искажает результаты выборов.

В 1990 году я, будучи депутатом Кнессета, подал частный законопроект об искоренении этого порочного явления. После завершения работы над ним закон установил, что депутат, вышедший из своей фракции и не ушедший в отставку из Кнессета вскоре после этого, не сможет занимать пост министра или заместителя министра в течение срока полномочий того же созыва. Закон также установил, с прицелом на будущее, что такой депутат не сможет присоединиться на следующих выборах ни к одной из фракций, которые были представлены в Кнессете, в котором он совершил переход.

Это существенно, так как одним из вознаграждений, которые партии привыкли давать перебежчикам, было бронирование места в партийном списке на следующих выборах. Статья 6а Основного закона о Кнессете укрепила эту концепцию и установила: «Выходом из фракции будет считаться также голосование на пленарном заседании Кнессета не в соответствии с позицией фракции по вопросу выражения доверия правительству или недоверия ему».

В правительстве Израиля сегодня работают министры Амихай Шикли и Идит Сильман в составе фракции «Ликуд». В период «правительства перемен» (2021–2022) они были частью фракции «Ямина» Нафтали Беннета, и именно они стали теми, кто решил исход дела в пользу падения того кабинета. Хотя Шикли и Сильман видели в действиях «правительства перемен» отклонение от мировоззрения и воли избирателей, выбравших их фракцию, аргумент такого рода не делает акт перехода из фракции во фракцию легитимным. Депутат Кнессета обязан своей фракции. Если он отчаялся в ней, перед ним открыт путь к выходу из Кнессета — а не к использованию по своему усмотрению мандата, который он получил от избирателей своей фракции.

Шикли и Сильман также имеют право на свое политическое мировоззрение. Но очевидно, что им было предоставлено вознаграждение за свержение «правительства перемен». Оба занимают посты министров в правительстве под руководством «Ликуда», и суды подтвердили их право занимать министерские посты. На мой взгляд, здесь была совершена серьезная судебная ошибка, укрепляющая явление калантаризма.

Намерение законодателя совершенно ясно: депутат Кнессета, перебегающий из своей фракции или становящийся причиной падения своего правительства, не может получать личное вознаграждение за смену партийной лояльности после выборов. Этот принцип необходим также для сохранения стабильности Кнессета. Избирательная комиссия и суды, выносившие решения по делам Шикли и Сильман, приняли решение вопреки намерению законодателя и укрепили явление, которое мы хотели искоренить из нашей политической системы.

В преддверии следующих выборов крайне желательно, чтобы все баллотирующиеся списки заранее пообещали, даже под присягой каждого кандидата, что никто в списке не будет действовать вопреки своей фракции или коалиции после избрания таким образом, который подрывает стабильность и искажает результаты выборов.