Буря вокруг назначения: как юридический советник ведет «войну» с приближенными Нетаниягу

«Горе тем, которые постановляют несправедливые законы» (Исайя 10:1).

Фраза «Бывало ли когда-нибудь подобное в Израиле?» — это библейское выражение, унаследованное нами из ужасающей истории о наложнице в Гиве в Книге Судей, которая привела к братоубийственной войне. Это риторический вопрос изумления, выражающий глубокое потрясение от беспрецедентного поступка, представляющего собой ситуацию тяжелой моральной распущенности, подобной которой еще не видели в народе Израиля.

Бывает ликвидация выстрелом, бывает ликвидация ударом ножа, а бывает ликвидация более утонченного вида — израильское юридическое изобретение тех, кто обладает исключительной властью. Не кровью, а бумагой. Не пистолетом, а «проверкой». Не на месте преступления, а, к прискорбию, в коридорах верховенства закона.

Именно так действует в последние годы юридический советник правительства адвокат Гали Бахарав-Миара в отношении любого, кто осмеливается работать рядом с избранным премьер-министром Биньямином Нетаниягу. Один за другим. Не всегда взмахом меча, иногда более медленным методом: задержка, срыв, пометка, заморозка, очернение. Не всегда нужно увольнять, иногда достаточно превратить жизнь человека в ад, пометить его как изгоя и сделать фигурой, к которой никто в системе не посмеет приблизиться.

И самым чистым и жестоким случаем, почти лабораторным, является случай адвоката Рои Кахлона.

Адвокат Кахлон не вчера родился. В реальном времени его руководители описывали его как «настоящего профессионала» и «бульдозера, который двигает горы». И посмотрите, какое чудо: сразу после того, как его имя было упомянуто — упаси Боже, премьер-министром — в качестве кандидата на должность исполняющего обязанности комиссара по делам государственной службы, в его отношении была начата дисциплинарная проверка по заявлению о неточностях в его резюме.

Обратите внимание, как работает цепочка ликвидации: назначение ведет к проверке, продвижение ведет к расследованию, и любой здравомыслящий человек понимает посыл, исходящий из «некошерной» школы Бахарав-Миары. Именно тогда, в ходе слушаний в Верховном суде, юрсоветник объявила об открытии процедуры. Именно тогда, а не раньше. Трудно не поддаться впечатлению, что с того момента, как адвокат Кахлон согласился принять на себя должность по назначению Нетаниягу, он прошел трансформацию: из уважаемого прокурора в мишень.

Хочется сказать, что «ликвидаторша» действительно занесла карающий меч над конкретной головой адвоката Кахлона. Но беда в том, что этот посыл направлен на всех и каждого, любому прокурору или государственному служащему: мы задействуем любой инструмент, имеющийся в нашем распоряжении, даже если границы закона при этом размываются, чтобы донести мысль, согласно которой близость к премьер-министру означает профессиональную ликвидацию и унижение. И неважно, что вы делали в прошлом — мы до вас доберемся.

Медленное стирание

Важно помнить, что у «ликвидаторши» нет ни тормозов, ни ограничений. В доказательство: даже когда Верховный суд разрешил его пребывание в должности исполняющего обязанности, она на самом деле не приняла это решение. Адвокат Кахлон оказался в абсурдной ситуации: назначен, но нейтрализован.

Согласно публикациям, его доступ к системам был заблокирован, ему не давали возможности действовать, а на его полномочия были наложены исключительные ограничения, лишенные какого-либо законного источника. То есть: назначение существует, полномочий нет. Сам Кахлон удачно сформулировал это, когда заявил, что для такого шага нет источника полномочий и что это попытка выхолостить его должность. Это ключевой момент: не спор о законе, а опустошение закона от содержания.

Но здесь история становится уже непостижимой. Дисциплинарная проверка в отношении Кахлона длится уже более 14 месяцев. Ни решения, ни постановления, ни завершения. Только тень.

И вот наступает момент, когда история выходит из поля мнений и входит в поле фактов. Адвокат Кахлон подал жалобу, уполномоченный по рассмотрению жалоб на представителей государства в судах, судья в отставке профессор Менахем Финкельштейн, изучил ее и нашел оправданной во многих аспектах.

В своем решении уполномоченный описал крайне необычное поведение, от которого вянут уши, когда выясняется, что тот, кто действует подобным образом — грубо нарушая права — это именно тот, кто вверен охранять верховенство закона в Израиле. Вот лишь немногое, свидетельствующее о многом: Бахарав-Миара не отвечала на обращения адвоката Кахлона, несмотря на его неоднократные попытки. Она не предоставила делового ответа даже на обращения самой комиссии.

Ситуация дошла до такого абсурда, что после того, как не было получено никакого ответа, уполномоченный был вынужден обратиться напрямую в следственный орган, но и там столкнулся с отказом в сотрудничестве под предлогом того, что таково указание, данное от имени юрсоветника. И так написал уполномоченный своим сдержанным, но острым как бритва языком: «Нельзя мириться с таким поведением, которое почти сорвало процесс проверки».

И не менее серьезно то, что уполномоченный постановил, что само оставление дела открытым в течение столь длительного времени является неразумным, даже если часть задержек не находится под контролем Бахарав-Миары. Простыми словами, даже когда пытаются смягчить, невозможно затушевать картину. Это не проверка, это судебная волокита и истязание. А истязание правосудием, как известно, является результатом не процесса, а того, кто им управляет.

Более того, Бахарав-Миара даже не удосужилась ответить хотя бы «получено» на обращения адвоката Кахлона в течение долгих месяцев. Это тоже не техническая деталь, это отношение. Для нее его не существует. И здесь тоже выясняется, что речь не идет о точечном сбое. Даже сам следственный орган неоднократно обращался с просьбой принять решение, поскольку длительность времени неразумна, но безрезультатно.

Так действует ликвидаторша, а не юридический советник правительства. Когда даже сам следователь просит закончить — а система отказывает — это уже не процедура, это метод. И как будто этого недостаточно, уполномоченный даже намекнул, что из-за неприемлемого поведения «ликвидаторши» руки комиссии коротки, чтобы помочь, и рекомендовал — прочтите и не верьте — адвокату Кахлону рассмотреть возможность обращения в Верховный суд. Это редкий юридический момент: когда контролирующий орган признает, что не в силах исправить ситуацию, и направляет пострадавшего бороться в одиночку.

---

Тот, кто видел и молчал

Здесь картина открывается полностью. Вопрос больше не в том, что сделали с адвокатом Кахлоном. Вопрос в том, какой посыл «ликвидаторша» хочет передать другим, и он ясен как солнце: приблизишься — будешь помечен. Согласишься — попадешь под следствие. Будешь служить — будешь наказан. Так не проверяют, так запугивают. Так не ведут процесс, так создают «охлаждающий эффект». Неслучайно уже было написано, что это не баг, а модель поведения.

В Танахе есть персонажи, которые не всегда действуют сами, но оставляют после себя систематические разрушения. Не всегда меч в их руках. Иногда достаточно посланников, решений и пометок. Когда Иезавель, жена царя Ахава, хотела пригрозить пророку Илье, она не сделала этого сама, как говорит нам Писание: «И послала Иезавель посланников». Не каждое действие было совершено ее руками, но на всем лежала ее печать.

Как тогда, так и сегодня. Не нужно смещать, нет необходимости увольнять, достаточно создать реальность, в которой никто не сможет остаться. Адвокат Кахлон не единственный, но на нем метод ликвидации адвоката Бахарав-Миары обнажился во всей своей наготе.

И здесь должно быть сказано слово критики и в адрес премьер-министра. Потому что в конечном итоге, несмотря на то, что Верховный суд постановил, что полномочия по назначению находятся в его руках, страх перед «ликвидаторшей», по всей видимости, пал и на него. Он не стоял за адвокатом Кахлоном до конца и не завершил процесс назначения. И тем самым, возможно, непреднамеренно, передал не менее опасный посыл: что можно измотать человека до такой степени, что даже избранный эшелон отступит.

Мудрецы учили нас, что фраза «кровь его на голове его» относится не только к тому, кто действовал, но и к тому, кто видел и молчал. Адвокат Кахлон — это история, но в то же время и притча. Притча о заскорузлой и коррумпированной системе, способной превратить профессионала в изгоя. Притча о проверке, которая превращается в наказание. Притча о консультировании, которое превращается в срыв. Когда ликвидация осуществляется под прикрытием закона, опасность возрастает многократно.