Что снова и снова приводит нас к безмолвным могилам?
Мимолетный визит на кладбище — это не просто дань уважения друзьям и близким, не дожившим до наших дней. Это живая встреча с их духом, который продолжает пульсировать в нас, напоминая о ценностях, за которые они отдали свои жизни.
В тени продолжающейся войны, что снова и снова ведет людей к безмолвным могильным участкам? Что заставляет нас приходить и стоять в тишине перед холодным камнем, когда наши близкие уже не могут подать голос — ни о своих жизнях, которые были оборваны, ни о сложной реальности нашего времени?
Как бы отреагировали Эйтан Белахсан и Давид Гранит на то, что спустя 27 лет нам все еще приходится сражаться в Ливане, чтобы обеспечить безопасность жителей Севера? Как бы отреагировал Надав Мило на то, что наш народ разрывается изнутри? Что сказал бы Ури Азулай, видя, что герои меняются, но декорации остаются прежними? Как бы отнесся Асаф Асулин к тому, что мы вновь входим для оперативной деятельности в касбу Шхема? И как бы отреагировал Эрез Герштейн на ужасный провал, постигший нас 7 октября 2023 года? Как бы Джамаль Аббас, стремившийся к победе, смотрел на то, что и сегодня от нас требуется продолжать борьбу ради достижения мира? И что сказал бы Ихсан Дакса о том, что война все еще продолжается, а путь еще не окончен?
Мы не знаем. И, возможно, никогда не узнаем. Но мимолетный визит на кладбище — это не только жест уважения к упомянутым друзьям и многим другим дорогим людям, которые не удостоились дожить до этого момента. Это гораздо больше. Это живая встреча с их духом, пульсирующим внутри нас и сегодня:
Духом ответственности: «Если не я себе (как государство), то кто мне?»
Духом дружбы и товарищества, который не дает сердцу забыть.
Духом отдачи и взаимной поруки.
Духом: «В месте, где нет людей — будь человеком».
Это дух героизма, броска вперед на огонь, в преисподнюю, чтобы защитить свет и жизнь. Дух инициативы, личного примера, стремления к победе, даже когда путь долог и труден. Дух глубокой приверженности принципу «Никогда больше». Наряду со всем этим — дух человечности. Дух, видящий в каждом человеке, без различия религии, пола или расы, прежде всего человека. Дух чуткости, уважения и любви к народу и стране. Дух единства цели, особенно важный в моменты разногласий, ведь они пали за священный принцип: наша сила — в нашем духе и единстве. Еврейский дух — морали, связующих ценностей, света, идущего впереди лагеря.
Мы приходим к могильным участкам, чтобы встретить этот дух, покоряющий сердце и душу. Тот самый дух, о котором писал Хаим Нахман Бялик: «Духа не видно, но именно он ведет корабль, а не эти тряпки, развевающиеся на мачте у всех на виду». Мы приходим, чтобы снова зарядиться им — и продолжить путь. И как в стихотворении Натана Альтермана: «Снова возвращается напев, который ты напрасно оставил, и путь все еще открывается вдаль, и облако в своих небесах, и дерево в своих дождях все еще ждут тебя, прохожий».
Их путь продолжается, и мы продолжаем по нему идти. Их дух веет, и мы все несемся на его крыльях. Со слезой и в приветствии!
Генерал-майор (в рез.) Ицхак «Джерри» Гершон, командир бригад десантников 55 и 35, командир дивизии 98, командир дивизии Иудеи и Самарии в период Второй интифады и операции «Хомат Маген». Командующий Службой тыла во время Второй ливанской войны и заместитель командующего Северным округом в предыдущем раунде нынешней войны.
