Да — поселенчеству, нет — насилию

Нельзя нападать на араба только потому, что он араб — не потому, что это «наносит ущерб поселенческому движению», «затрудняет работу армии» или «усиливает антисемитизм», а потому, что речь идет о несправедливости и моральном позоре. Вот так. Просто.

Источник
Да — поселенчеству, нет — насилию
Фото: Ynet / הצתת בתים ורכוש בכפר דומא ובחרבת אל-מנאג'ם דרומית לשכם

Начнем с того, что у меня нет намерения вдаваться в конкретные инциденты, в которых также присутствуют элементы самообороны против институционализированной арабской кровожадности палестинской администрации террора. Необходимо понимать, что реальность сложна: бывают тяжелые ситуации, в которых требуется сила, а иногда и большая мощь. Но внутри этой реальности следует сказать ясным голосом и без запинки очевидное: нельзя нападать на араба только потому, что он араб.

Нельзя нападать не потому, что это «наносит ущерб поселенческому движению» или «затрудняет работу армии». Также не потому, что это «может усилить антисемитизм в мире», и уж точно не из-за лицемерной и лживой кампании «насилия поселенцев», цель которой — нанести вред поселенческому движению, — а потому, что речь идет о несправедливости и моральном позоре. Вот так. Просто.

И не путайтесь ни на мгновение: это различие не ослабляет борьбу с нашими врагами во время войны, наоборот — оно ее обостряет. Можно и нужно действовать жестко и непропорционально по отношению к нашим врагам. Можно и нужно беречь наших солдат и не подвергать их опасности, даже ценой широкого поражения врага. Можно и нужно атаковать до победного конца, чтобы спасти похищенных, солдат и гражданских лиц — это самооборона и национальная ответственность. Но это не разрешает преднамеренное нанесение вреда невиновному человеку. Ни побои, ни проклятия, ни поджог имущества, и уж тем более не причинение вреда человеку только из-за его принадлежности к арабскому коллективу.

Войну против наших врагов и соображения о том, сколько и кого атаковать, должна осуществлять армия, а не частные милиции, лишенные национального согласия. Эти действия запрещены, предосудительны и аморальны. Они вызывают гнев и боль, потому что подрывают ценностный фундамент, на котором мы стоим. Наши враги действуют так, исходя из концепции, освящающей насилие в отношении невиновных, но мы не поддадимся искушению «говорить по-арабски». Мы будем говорить только на древнем и моральном еврейском языке, суть которого проста: не причиняют вреда невиновным людям — ни им, ни их женам, ни их детям. Подобные посягательства — это красная черта, которая не подлежит обсуждению.

Когда эта черта нарушается, ответственность несут не только нападавшие, но и окружение, которое это допускает — молчанием, запинками или слабым осуждением. Наряду с необходимостью сражаться с нашими врагами мощно и решительно, существует не менее важная необходимость: сохранять моральную линию, которая определяет нас. Это не слабость, а сила, это не ограничение, а идентичность. Общество, которое отказывается от своих принципов во имя борьбы, может победить в битве и потерять само себя. Общество, которое сохраняет их даже под огнем, гарантирует не только свое физическое существование, но и его смысл.

Я решил встать рядом с другими фигурами, которые призывают «да» — поселенчеству в Земле Израиля, но «нет» — насилию. В ближайшее воскресенье мы проведем митинг, который призовет остановить эту деградацию, выражая при этом безоговорочную поддержку самому поселенчеству.

Автор — директор театра «Асפקלрия» и отец, потерявший сына Йонатана, погибшего в Газе.

Читайте также