Несмотря на рост напряженности в отношениях с Ираном: J.P. Morgan ожидает снижения процентной ставки в Израиле в сентябре

Геополитико-экономический вопрос о возвращении США к интенсивным боевым действиям в Иране принес с собой важный макроэкономико-монетарный вопрос для израильского потребителя: что произойдет с инфляцией и процентной ставкой в ближайшие недели. Краткое напоминание: инфляция находится на спаде, и в июне она достигла 1,6% — близко к нижней границе целевого показателя ценовой стабильности, установленного правительством (1%-3%). Этот разрыв между геополитическим шумом и экономическими данными является сутью истории и объясняет, почему даже в специальном обзоре по Израилю, опубликованном сегодня (в пятницу) банком J.P. Morgan, экономисты банка продолжают ожидать снижения процентной ставки уже в сентябре.

Начнем с энергии — центральной переменной. В J.P. Morgan напоминают, что даже если напряженность в отношениях с Ираном подталкивает цену на нефть вверх (она достигла 100 долларов), Израиль является одной из наиболее защищенных экономик на развивающихся рынках от такого шока из-за энергетической независимости в области природного газа с регулируемыми внутренними ценами, мощностей по переработке, превышающих потребление, и незначительного веса (всего 2,6%) бензина в потребительской корзине индекса потребительских цен (на котором основывается измерение инфляции). Внешний нефтяной шок здесь просто не переводится в инфляцию, как это происходит в Европе или Азии.

И все же рынки испугались. Месяц назад они с уверенностью оценивали процентную ставку Банка Израиля ниже 3% на горизонте года, тогда как сегодня, по данным J.P. Morgan, — выше 3,3%. Сценарий, который они закладывают: одно снижение, и все. Однако в J.P. Morgan не покупаются на панику: прогноз остается прежним — снижение на четверть процента в сентябре и конечная процентная ставка в 3%. Там даже указывают на индикатор, который станет решающим, — отчет об интервенциях на валютном рынке за июль. Если Банк Израиля продолжал покупать доллары, как оценивает модель банка, это сильный сигнал того, что снижения на подходе.

А что насчет перегретого рынка труда? Здесь начинается интересная часть. Безработица составляет 2,9% — близко к историческому минимуму. Согласно «закону Оукена», давней эмпирической связи между ростом и безработицей, ожидаемое восстановление после войны должно снизить ее до 2,5% в течение года — исторический минимум, который обычно влечет за собой рост зарплат и инфляцию. Однако в американском банке не верят в классическую формулу, а значит, и в оценку, которую они процитировали. Причина: в обзоре подчеркивается, что на израильском рынке труда уровень участия в рабочей силе «неестественно» низок. Существует целый резерв израильтян, которые находятся вне игры и поэтому не считаются безработными — возможно, резервисты, которые еще не вернулись на рынок, возможно, работники, отчаявшиеся в поисках. Когда рост создаст новые рабочие места, они будут заполнены из этого резерва — и не опустошат пул безработных. Результат: это развитие на рынке труда, которое по своей природе является инфляционным, на этот раз не создаст давления на заработную плату. То есть это произойдет без разжигания инфляционной спирали со стороны рынка труда, и поэтому не будет причин останавливать снижение процентной ставки.

Две точки дополняют картину. Первая: арендная плата, единственное исключение в картине мягкой инфляции, растет годовыми темпами в 4,2% — в то время как цены на жилье падают на 2%. Такой разрыв между арендой и владением не держится долго, и в J.P. Morgan оценивают, что сближение произойдет за счет замедления роста арендной платы. Вторая: шекель, даже после недавней коррекции, сильнее более чем на 10% в терминах корзины валют по сравнению с прошлым годом — что продолжит оказывать давление вниз на цены импортных товаров.

Итог обзора является самым важным: вопреки интуиции, реальный риск для инфляции — и, следовательно, для траектории процентной ставки Банка Израиля — находится не в Тегеране. Он находится в Вашингтоне. В J.P. Morgan полагают, что резкое изменение траектории процентной ставки ФРС или устойчивый рост премии за риск Израиля — а не цена на нефть — являются силами, которые могут нарушить позитивный монетарный курс. Пока они не реализуются, направление ясно: процентная ставка 3% в конце процесса, и следующая остановка — решение монетарного комитета в предстоящем сентябре.