Девятое ава — единственный пост, который я соблюдаю

Как еврей, сионист и светский человек, я соблюдаю пост в Девятое ава — единственный пост в году. Мне всегда было трудно понять, как Йом-Кипур — религиозный пост и день духовного отчета перед Небесами — стал израильским национальным консенсусом, в то время как Девятое ава, вся суть которого социальна и национальна, было оставлено исключительно на откуп религиозным. Жаль.

Девятое ава представляет собой уникальное еврейское прозрение. Когда другие народы отмечают свои национальные катастрофы, они указывают пальцем на внешнего врага, причинившего им вред. Мы же, напротив, предъявляем обвинительный акт самим себе. Вавилоняне и римляне физически ответственны за разрушения, но вина лежит на нас — будь то нарушение законов Торы в период Первого Храма или чрезмерная дотошность в их соблюдении в период Второго Храма. Этот важный генетический код сионизм принял с момента своего рождения, но в последние три десятилетия, и особенно в последнее из них, он был полностью заброшен.

Лидеры народа предпочитают снабжать своих сторонников одурманивающим наркотиком абсолютной праведности и возлагать ответственность на противника. Этот подход представляет собой глубокую культурную «эллинизацию». Его корни кроются как в подходе «король не может ошибаться» (основанном на том, что правитель защищен от ошибок высшей милостью), так и в эллинистическо-римской культуре, где признание ошибки воспринималось как акт слабости и унижения в публичном пространстве. В этой культуре преодоление национальной катастрофы происходит через поиск «козла отпущения», на которого перекладывается ответственность. Любая трещина в виде сомнения в себе воспринимается как подрыв всей национальной безопасности. Дональд Трамп является ярким современным представителем этого подхода.

В начале борьбы с последствиями разрушений 7 октября казалось, что мы возвращаемся к еврейской традиции. Депутат Кнессета Галит Дистель-Атабарян заявила: «Я была одним из ста человек, которые привели к ослаблению государства. Я создала раскол, разделение и слабость — и эта слабость во многих смыслах привела к резне. Я согрешила, я прошу прощения». А Ноам Ланир, один из лидеров протеста, заявил, что перестает носить футболку «Братья по оружию» и дистанцировался от нее. Но очень быстро выяснилось, что они — исключение. Помимо них, никто не выразил настоящего раскаяния по поводу формы продвижения реформы или протеста против нее, по поводу их радикального содержания и готовности сжечь всё, чтобы сокрушить противника. Напротив, все продолжили укрепляться в своей правоте.

Девятое ава критически важно в этом году даже больше, чем прежде. Помимо плача о прорыве стен 2000 лет назад, а также 3 года назад, нужно плакать об утрате основ лидерства нашего народа: национальное исправление начинается не с бичевания противника, а с мужества взглянуть в наше собственное разбитое зеркало.

Еще одно свидетельство мы получили на этой неделе, когда Омри Ронен, один из лидеров отказа от службы в рамках протеста, на вопрос, повторил бы он это в будущем, ответил твердо и с гордостью утвердительно. Он ни на мгновение не задержался, чтобы усомниться в своей правоте и взвесить свою долю — пусть даже ничтожно малую — в том, что произошло. Так же отреагировал министр обороны на его слова. С той же абсолютной и безответственной уверенностью, объявляя о его исключении из резервистов, он возложил на отказников всю ответственность, не признав свою собственную в процессах, которые ее подпитывали. Оба они отражают наших элитных руководителей, которые вели процессы эскалации и распада до 7 октября, и во главе их — премьер-министр, чье единственное «раскаяние» заключается в том, что он поверил органам безопасности. Даже перед лицом величайшей катастрофы, которую мы пережили в нашем поколении, никто не делает даже попытки духовного отчета.