Два государства для двух народов

Оставьте в покое хаос, который создала массовая демонстрация, угрожавшая в среду перекрыть дороги страны. Оставьте в покое тот факт, что эту акцию ультраортодоксов против ареста уклонистов от службы в ЦАХАЛе возглавил депутат Кнессета. Когда за его спиной стоит огромный сектор, который только берет и берет, не давая ничего взамен за колоссальные средства, которые коалиция Нетаниягу вынимает из наших карманов и изливает на него — это одно. Но обратите внимание на то, что осмелился сказать в радиоинтервью тот самый депутат, который стоял во главе колонны, выехавшей из Иерусалима в сторону перекрестка Бейт-Лид, чтобы перекрыть шоссе №1: «Придет день, когда мы перевернем страну, но это на другом этапе. Вся страна как костер. Вы думаете, что из нас сделают рабов и рабынь?»

Поняли? Депутат Гольдкнопф, один из наиболее оторванных от израильской реальности политиков, который уже не раз доказывал, что не имеет понятия о том, что страна переживает в последние годы, ехал в роскошном автомобиле с мигалками и сиренами, как будто он был как минимум «полицейским номер один», и утверждал, что его сектор превращают в рабов. Как мы превращаем их в рабов и в чем эта «рабская доля» выражается? Вероятно, у Бога есть ответы. Что ясно из слов председателя «Еврейства Торы», представляющего крупное хасидское течение, чей аппетит только растет, так это то, что с его точки зрения — это не мы, служащая общественность, налогоплательщики, те, из чьих рядов выходят бойцы, погибшие и раненые, люди с душевными травмами, которые никогда не вернутся к прежней жизни, и семьи погибших — не мы их рабы. Несмотря на то, что мы финансируем год за годом их «Тора — их ремесло», их учебу, их общежития, их пропитание. В их глазах они — наши рабы. И «они» — это те, кто сравнивает изучение Торы с сотнями дней резервистской службы, крахом бизнеса и распадом семей. Живущие в посттравме от бесконечной отдачи стране, которая о них забыла.

Что еще можно сказать о том, для кого это способ видеть положение вещей? Что он мне не брат? Что он даже не сын моего народа? Пусть не удивляются, что ненависть к ним только растет, а отчуждение и вражда усиливаются до точки невозврата. То, что мы видим в эти дни в Кнессете и на улицах — это уже не гражданская война, а сосуществование двух государств, двух народов: что мне до них, что им до меня.

Великий грабеж, который происходит сейчас в Кнессете за несколько месяцев до выборов — голосование за законы в пользу ультраортодоксов и продолжение антидемократического законодательства. В рамках сделки Нетаниягу с ультраортодоксами они отказались от закона об общежитиях в текущем Кнессете и получили взамен Основной закон об изучении Торы, закон о предотвращении арестов уклонистов и закон о кашруте. Взамен они поддержат закон о разделении должности юридического советника правительства и проголосуют в первом чтении за самый важный для Нетаниягу закон — законопроект о создании политической следственной комиссии по резне 7 октября. Запутались? Слишком часто слышали слово «взамен»? Все, что нужно помнить, это то, что выгода достается только ультраортодоксам и Нетаниягу, и что все это диктуется личной выгодой того, кто всем дирижирует — премьер-министра, который просит лишь спастись от страха перед правосудием в процессе, в котором он на этой неделе завершил дачу показаний. Чтобы позволить это, он дает ультраортодоксальным партиям свободу нагружать свою пустую телегу всем, что попадется под руку, всем, чего требует их алчность. И все это без всякого стыда, учета, понимания экономического положения страны или отношения к предупреждению начальника Генштаба о ситуации, при которой ЦАХАЛ рухнет. И нет никого, кто их остановит.

Партии коалиции думают только о себе и о том, что они от этого получат, а правящая партия — о группе ничтожеств, которые собираются вокруг премьер-министра, остерегаясь публичного противостояния с ним в преддверии праймериз и выравниваясь в линию в надежде, что их имена не вычеркнут из списка. Председатель объединенного списка «Вместе» Нафтали Беннет рассказал вчера, что инцидент с перекрытием дорог застал его с семьей по пути на церемонию окончания доармейской подготовки его дочери. «Мой сын — боец», — сказал Беннет, — «моя дочь скоро призывается, а уклонисты перекрывают нам дорогу», — возмущался он. По его словам, это момент истины для Государства Израиль. По его мнению, не нужны аресты, не нужно принуждение, только полное прекращение выплат тем, кто не работает, тем, кто не служит, и школам, которые не преподают математику, английский, гражданство и сионизм.

Можно понять разочарование, в том числе личное, Беннета тем, как его обходит Айзенкот вместо того, чтобы принять его тезис о том, что либеральный блок должен осознать: для победы он должен поставить во главе либерального правого деятеля, такого как он. А он, который вышел на этой неделе со своей программой, делом всей своей жизни, как он его называет, «по демонтажу и сборке Израиля заново» — видит, что избиратели левоцентристского толка предпочитают Айзенкота, который соответствует их позициям. Можно понять, возможно, и национальное разочарование тем, что после всего, что здесь происходит, Нетаниягу все еще хорошо окопался внутри своей партии, внутри своего блока. Занимается или играет в дела праймериз или организационной комиссии. Боится, как обычно, до последнего момента, что выбрать.

Возможно, мы неправильно читаем карту, как указал мне кто-то на этой неделе. Это было после того, как журналист Джош Брайнер опубликовал сообщение о том, что глава Шабака Давид Зини приказал демонтировать уголок памяти павших сотрудников организации со времен резни 7 октября, который стоял у входа в штаб-квартиру службы в Тель-Авиве, потому что «не нужно видеть провал перед глазами весь день». Трудно придумать более шокирующее и позорное распоряжение, чем демонтаж уголка памяти, и более жалкое оправдание, чем то, что это транслирует пораженчество. Как будто это то, что транслируют имена 12 героев Шабака, погибших в боях с террористами Хамаса. Что будет следующим, разрушение памятников по всей стране? Снятие мемориальных досок выпускников школ? Удаление сгоревшей бронетехники из Баб-эль-Вада? «Я обеспокоен главой Шабака», — сказал мне тот человек. «Если бы Зини думал, что на выборах может произойти переворот, он бы не осмелился проводить все те ужасные изменения, которые он возглавляет, потому что ему было бы ясно, что он вылетит через три месяца. Или, может быть, у него есть четкий план с Гофманом и Бен-Гвиром, как отменить еще раньше выборы или демократию». Возможно. Все может быть.