Эксперимент провалился
Убежденность в том, что можно лишить противника — в Газе, Ливане и Иране — его силы и радикального учения, иллюстрирует, насколько лица, принимающие решения в Израиле и США, не способны или не хотят учиться на своих прошлых провалах. Спустя два месяца после начала кампании «Рев льва» становится очевидно, что стратегический расчет на смену реальности без наземных операций не оправдался.
Война «Рев льва» представляет собой беспрецедентный стратегический эксперимент, в центре которого лежит стремление изменить реальность посредством сочетания применения внешней военной силы — основанного на воздушных ударах по механизмам власти и армии, а также «обезглавливании» руководства противника без наземной операции — и поощрения внутреннего брожения на основе существующего глубокого отчуждения. Попытка побудить курдов действовать против режима в Тегеране стала одним из элементов этой стратегии. Спустя два месяца кажется, что план провалился. Исламский режим, хотя и получил серьезные удары, не рухнул, вел упорные боевые действия, переросшие в дискуссии о прекращении огня, а иранская общественность осталась пассивной. Несмотря на новизну эксперимента, он содержал компоненты, которые проявлялись в прошлом, но не были изучены, что порождает продолжающееся непонимание логики не-западного противника наряду со смешением желаемого с действительным.
Углубление в историю, как нашу, так и американскую, наряду с отказом от лозунгов и фантазий и готовностью прислушиваться к критике (что должно было стать главным уроком провала 7 октября), подчеркнуло бы, насколько мала вероятность того, что не-мусульманская сила, в частности американская или израильская, коренным образом изменит реальность и сознание на Ближнем Востоке, тем более с помощью силы. Это урок Первой ливанской войны, оккупации Ирака и Афганистана американцами, а также кампании, которую Израиль ведет в Газе с 7 октября. Две силы, которые вели кампанию «Рев льва» при беспрецедентном сотрудничестве, всегда воспринимаются в регионе как враждебные и чуждые, а не как вестники освобождения и процветания.
Нереализация цели по свержению власти отражает цену отсутствия глубокого расследования провалов прошлого, которые сохраняются и вновь проявляются в новых неудачах. Учредительная травма 7 октября и стоявшая в ее центре концепция не были изучены глубоко, а события в ходе заседаний Верховного суда на прошлой неделе, по всей видимости, намекают на то, что вероятность серьезного расследования постепенно снижается ввиду проходящего времени, которое несет в себе забвение и инженерию нарративов, а также из-за превращения дискуссии в корыстную и насыщенную разделяющими страстями.
Концепция экономического урегулирования
Глубокое непонимание в отношении фанатичных факторов, предпочитающих продвигать идеологические цели даже ценой тяжелых потерь, готовых к длительным кампаниям и избегающих капитуляции, заметно в концепции экономического урегулирования и снова повторяется в кампаниях против Ирана и «Хезболлы» (которая удивила Израиль силой вмешательства и своей решимостью). Жажда сокрушительного решения и убеждение в том, что «обезглавливание» обрушит врага и что можно лишить его силы и радикального учения, иллюстрируют, что израильские и американские лица, принимающие решения, не могут или не хотят учиться на провалах прошлого.
Как в Газе, так и в Иране, в описание реальности подмешиваются сердечные желания — например, что в руководстве Ирана формируется раскол, что мотивация врага снижается и что в его рядах царит замешательство. Это обычно заканчивается разочаровывающими открытиями, согласно которым враг более решителен и стабилен, чем надеялись аналитики. Однако коллективная «память золотой рыбки» в Израиле, вредное слияние политических мотивов и идеологических мировоззрений в профессиональном анализе, а также обсессивное отвращение к истинным расследованиям приводят к возрождению тех же вредных убеждений. В этом контексте следует надеяться, что в кампании против Ирана ресурсы, вложенные в расшатывание режима без успеха, не были отняты у тех, что предназначались для противодействия ядерной и ракетной угрозам, вопрос об «окончательном» искоренении которых остается открытым.
Отсутствие обучения на опыте прошлого отразилось и после 7 октября: вера в способность сломить идеологию с помощью экономики (например, провальный проект GHF в Газе), переформатировать сознание в духе дерадикализации и сформировать реальность с помощью маргинальных групп. Зависимость от применения силы, презрение к призывам развивать «политическую опору» и стратегию, обсессивная привязка к образам Второй мировой войны («мы как Черчилль» и «враг — это нацисты») создали веру в несомненное продвижение к новому Ближнему Востоку, где экстремисты уничтожены, умеренные правят и формируются прочные союзы с Израилем.
Кампания «Рев льва» фактически не закончилась, однако многочисленные разрывы на данный момент иллюстрируют необходимость говорить правду, даже когда она не «блестит», расследовать провалы, прислушиваться к иным мнениям среди политических и оборонных лиц, принимающих решения, и вести честный диалог между руководством и общественностью, который создает доверие и предотвращает каскады ожиданий. В этих рамках необходимо объяснить, что «нового Ближнего Востока» нет на расстоянии вытянутой руки, что враг не испаряется даже после тяжелых ударов, что кампания против него — это длительный путь, что невозможно переформатировать сознание жителей региона и что изменения в стане врага — если и когда они реализуются — придут изнутри, и даже тогда не гарантировано, что они принесут лучшую реальность.
Потребность в расследовании и анализе ошибок должна быть уделом не только политических и оборонных лиц, принимающих решения, но также СМИ и академических кругов, представляющих общественный дискурс. Провал 7 октября и начавшаяся вслед за ним война продемонстрировали, что их предназначение — не служить резонатором или группой поддержки руководства, укрепляя «самодовольство», а критиковать и ставить под сомнение информацию, оценки и гегемонные доктрины. Война «Рев льва», и в частности лишенное сомнений эхо цели по свержению иранского режима, свидетельствует о том, что и в СМИ, и в академических кругах не зафиксировано драматического исправления ситуации после 7 октября и не углубилось понимание той роли, которую они должны играть в рамках дискурса, существующего в открытых обществах по стратегическим вопросам.
Автор — глава Форума палестинских исследований в Центре Даяна в Тель-Авивском университете, автор книги «Поколение потопа».
