Эксперт по языку тела анализирует: «Нетаниягу не покупает то, что продает»

В то время как лидеры оппозиции соревнуются в наиболее резких формулировках, а журналисты анализируют разрывы между заявлениями премьер-министра и реальностью на местах, Биньямин Нетаниягу стоял вчера вечером (в среду) перед камерой. Без журналистов в зале. Без вопросов. Без трений. Это было контролируемое, размеренное выступление, призванное определить победу на его условиях. Но тело, что поделаешь, не всегда готово принимать указания.

Один из частых упреков в адрес Нетаниягу заключается в том, что его политика привела к дипломатической изоляции и эрозии отношений с традиционными союзниками. Премьер-министр решительно отверг эту критику, и заявление о его близости с президентом Дональдом Трампом заняло центральное место в речи. «Мой друг президент Трамп», — сказал он, описывая беспрецедентное сотрудничество между двумя странами.

Однако при анализе языка тела именно в эти моменты вырисовывается более сложная картина. Его взгляд дважды перемещается влево и вниз — движение, которое в языке тела связывают с внутренней эмоциональной обработкой и чувством боли. Быстрые и частые моргания свидетельствуют о внутреннем беспокойстве. Все тело раскачивается из стороны в сторону, в то время как руки крепко держатся за подиум, словно ища устойчивую опору.

И тогда, почти невидимое, но отчетливое для внимательного наблюдателя, появляется маленькое движение головы «нет» именно в тот момент, когда слова описывают близость и прочный союз. Это говорит нам между строк о том, что произносимые вещи неточны. В конце фрагмента — короткое сжатие губ, движение самоторможения, характерное для момента, когда человек чувствует, что сказал слишком много или неточно, и поэтому его тело пытается остановить дальнейшую речь.

Сотрудничество с американским президентом реально и значительно, но разрыв в силах внутри него заметен. Нетаниягу знает, что его политическая легитимность зависит от этого союза, и его тело, не желая того, выдает, что он прекрасно осознает эту асимметрию.

Помимо политического имиджа, помимо лет безумной поддержки со стороны тех, кто коронует его как «Биби — царь Израиля», и потоков критики со стороны противников, за подиумом стоит человек. Человек, как и все люди, чье тело рассказывает его внутреннюю правду без разрешения. И так же, как его тело обнажает боль в асимметричной связи с Трампом, оно с той же верностью обнажает моменты, когда Нетаниягу полностью верит в то, что говорит.

Один из ярких моментов в заявлении — когда Нетаниягу цитирует министра обороны США Пита Хегсета, который сказал, что оценка Израиля как союзника на поле боя взлетает до небес. Здесь язык тела полностью меняет темп. Пальцы движутся в жесте точности, глаза сфокусированы и пронзительно смотрят прямо в камеру, тело наклонено вперед. Легкая микромимика улыбки пробегает по его лицу, а голос звучит в естественной и беглой манере с точными акцентами, призванными усилить посыл. Нет противоречивых движений, нет торможения, нет беспокойства. Все это — классические признаки человека, который искренне верит в свои слова.

Однако чтобы понять Нетаниягу как лидера, нужно наблюдать за ним в тот момент, когда он работает. Не в отрицательном смысле этого слова, а в полном профессиональном. Когда Нетаниягу обращается к народу Израиля и хочет похвалить и воодушевить, тело становится настроенным и точным музыкальным инструментом, и каждое движение служит одной цели: проникнуть внутрь. «Я хочу поблагодарить наш замечательный народ», — говорит он, и в этот самый момент обе его руки движутся вместе в симметричном жесте точности. Не одна рука, а две. В языке тела разговор двумя руками одновременно и одинаково является одним из ярких признаков харизмы и полного контроля над пространством. Благодарность не просто произносится, она физически удваивается.

Когда он доходит до наших павших близких, тон меняется, и тело вместе с ним. Руки держатся за подиум с двух сторон, лицо застывает в суровом выражении. Это не случайная мимика. Хватка за подиум и суровое лицо вместе передают четкий сигнал: павшие в этой войне — это факт, к которому не относятся легкомысленно. Голова наклонена вперед, взгляд пронзительно направлен в камеру, а веки слегка сужаются. Это язык тела полного присутствия, того, кто говорит зрителю: «Я здесь, я имею в виду каждое слово». Публика чувствует это, не зная почему.

И вот наступает самый запланированный момент. Когда он противопоставляет Израиль Ирану, тело выполняет работу до того, как мозг успел обработать слова. Израиль представлен через правую руку — сторону, которая в подсознании олицетворяет силу, мощь и решительность. Иран представлен через левую руку — сторону, которая воспринимается как слабая, заискивающая, беспомощная. И не только руки — вес всего тела переносится из стороны в сторону, создавая физическое разделение, которое запечатлевается в подсознании зрителя еще до того, как слова успели дойти.

В завершение, когда он говорит «нижняя черта» (в итоге), обе руки опускаются вместе вниз, почти до уровня нижней части экрана. Жест, который физически закрывает аргумент, приземляет его к почве, к неоспоримому. Посыл завершен. Тело поставило на нем подпись.

Однако не все моменты речи несут в себе ту же внутреннюю силу. Когда Нетаниягу заявляет об огромных достижениях, которых добилось Государство Израиль, «достижениях, которые еще недавно казались совершенно воображаемыми», тело посылает другие сигналы. В конце каждого предложения появляются долгие и быстрые моргания, а при словах «огромные достижения» проскальзывает маленькое движение головы «нет», почти невидимое — микромимика, которую камера фиксирует, но сознательный разум с трудом распознает.

В языке тела, когда слова и движения идут в разных направлениях, это классический признак внутренней амбивалентности. Внешний посыл однозначен и решителен, но тело обнаруживает, что под поверхностью скрывается сомнение. Нетаниягу не покупает то, что продает.

Далее в речи Нетаниягу представляет себя как того, кто настоял на том, чтобы прекращение огня не включало «Хезболлу» и Ливан. В этот самый момент появляется знакомый паттерн: рука уходит в карман, центр тела немного смещается в сторону, а моргания замедляются и становятся продолжительными. Для того, кто анализирует язык тела Нетаниягу на протяжении многих лет, это знакомый физиологический жест. Он последовательно повторяется каждый раз, когда Нетаниягу пытается передать сообщение, далекое от фактов и реальности.

В конечном счете, все политические анализы, вся критика и вся защита ведутся на уровне слов. Но слова поддаются оформлению, планированию, контролю. Тело же, напротив, работает на совершенно другом слое. Есть части тела, которые можно тщательно спланировать — это крупные движения. Те, в которых политики тренируются сверхурочно, но наряду с ними всегда будет утечка микромимики — маленьких и неконтролируемых выражений, которые всегда расскажут правду.

Биньямин Нетаниягу — один из самых талантливых ораторов, которых знал Израиль. Но даже самый блестящий оратор не может вести два разговора одновременно: тот, который он ведет с общественностью, и тот, который его тело ведет с правдой. И пока есть камеры и те, кто умеет читать то, что на них видно, второй разговор будет продолжаться. Хочет он того или нет.