Если «еврей» — лишь строчка в паспорте, нет веской причины жить здесь

Это непростые дни для светского человека. Синхронизация между национальными событиями и еврейским календарем впечатляет. После 7 октября и трагедии, произошедшей в Симхат-Тора — сразу после кануна Йом-Кипура, когда народ был расколот спорами вокруг молитвы с разделением, — трудно не связывать актуальные события с верой, а новости — с датами и праздниками.

Происходящее не может оставить равнодушным даже самого светского человека. Начало войны против Ирана именно в Пурим, разговоры о библейских временах, ставшие популярными, описание периода как «начала избавления» (атхальта де-геула) и трансформация термина «мессианский» из ругательства в общепринятое понятие — все это не случайно. Реальность говорит с нами.

Каждый израильтянин несет в себе две истории разной силы. Маленькая история — это личная жизнь каждого из нас: наши трудности, базовые потребности, радости, семья, поездки за границу, тип молока в кофе. Большая история — это еврейская история, корневая, национальная, вера в правоту пути и в то, что «вечный народ не боится долгого пути».

Тот, кто живет только маленькой историей, будет жаловаться на дискомфорт, ставший невыносимым после Симхат-Тора 2023 года. Тот, кто живет Большой историей, не позволит себе жаловаться. Напротив, он будет благодарен за то, что удостоился жить в исторические дни, которые изменят нашу жизнь, и будет чувствовать себя частью огромного события. Первый человек будет жить в депрессиях, второй — в озарениях.

Либеральный светский человек концентрируется на «здесь и сейчас» и верит, что судьба человека находится только в его руках. Одним из ярких представителей этой идеологии является активист Наор Наркис. Он инициировал проект «Возвращение к разуму» (хозрим бе-твуна) ради секуляризации ультраортодоксального общества. Наркис был одним из первых, кто поставил зеркало перед обществом, еще до того, как это стало популярным. Он устанавливал стенды против религиозного диктата как противовес стендам для накладывания тфилина. Каждый Песах он срывает покрытия для квасного (хамец) в супермаркетах, борясь за свободу.

Каждый год он выступает против прекращения трансляций кабельными компаниями в Йом-Кипур. Около месяца назад он опубликовал спорное видео, созданное ИИ, в котором «освободил» религиозных женщин-депутатов Кнессета от их головных уборов. Это была его реакция на видео со снятием хиджаба Гилы Гамлиэль, призывавшей женщин Ирана к восстанию. Наркис бросает вызов мышлению и языку. Вместо «с Божьей помощью» (бе-эзрат ха-Шем) он желает «с помощью науки». Вместо «возвращения к вере» (хазара би-тшува) он предлагает «возвращение к разуму».

Он смел и креативен. На большой демонстрации ультраортодоксов около года назад он повесил плакат: «Праведник, есть минутка надеть берет?». Даже если не соглашаться с его взглядами, можно признать: на фоне слабости оппозиции в Израиле он является одним из самых ярких провокаторов в период, когда правительство опирается на ультраортодоксальное меньшинство и финансирует его.

Он предлагает захватывающую, провокационную повестку дня, являясь продолжением идеологии Авигдора Либермана и Яира Лапида другими методами — в основном «в поле» и в социальных сетях. Вопрос в том, какова цель. Наркис пытается убедить в левизне и светскости нацию, которая движется в противоположном направлении — вправо, к консерватизму и религиозности. Он пытается остановить гигантское цунами маленьким ручным барьером.

Лиор Шлейн в своих встречах в школах и на подготовительных курсах (мехинот) также проповедует светскость. Он пытается убедить, что еврейство — это не только религия, но и национальность. Что он не меньше еврей, чем раввин Каневский. Что сионизм — это пройденный этап, потому что мы прибыли в Сион. Что «еврей» — это всего лишь строчка в удостоверении личности для случайных людей, родившихся у случайной матери-еврейки. Все верно. Он прав. Но что делать с этой правотой? Что отличает его от сверстника — христианина, мусульманина или светского буддиста, живущего в любой другой точке мира?

Без партикулярной библейской истории мы остаемся лишенными контекста. Если вычеркнуть религиозность, традиционность и историю, превратившись в людей без идентичности, остаешься лишь с маленькой частной историей.

Шлейн и Наор Наркис правы, но они правы не в той стране. Это глобальная, универсальная правота. Если «еврей» — это только строчка в удостоверении личности, а библейская история неактуальна и еврейство в своей основе пластично, формально и не имеет значения — тогда нет достаточно веской причины жить именно здесь.

На перекрестке дорог, где находится Израиль, на фоне войны, перед лицом врагов, которые встают, чтобы погубить его, с новым Амалеком в каждом поколении — будь то Гитлер, Яхья Синвар или Муджтаба Хаменеи, — единственное, что может удержать нас здесь, это только Большая еврейская история.