А что, если Авида Бахар был прав?
Общественная дискуссия после теракта в Иудее и Самарии вновь обнажила тревожное явление: вместо того чтобы объединиться перед лицом террора, некоторые спешат обвинить жертв и стереть грань между нападающим и тем, на кого напали.
«Я скажу тяжелую вещь», — заявил около полутора лет назад Авида Бахар, потерявший сына и жену в кибуце Беэри и сам получивший тяжелые ранения. — «Хорошо, что 7 октября случилось в Беэри. Если бы резня произошла в Гуш-Эционе, я бы сказал: "Что они там живут?", "Так им и надо", я бы произнес все самые тяжелые слова, которые есть в мире».
Какой момент искренности и мужества от человека, который так много вынес. «Хорошо, что это случилось у меня дома, хорошо, что этот урок, за который я заплатил очень дорого, я усвоил».
А что, если Авида Бахар был прав? А что, если он прав до сих пор? Многие на прошлой неделе вторили этому его высказыванию, задаваясь вопросом, ничему ли мы не научились. Ужасающий шабаш происходит с момента убийства майора Юваля Эзры и старшины запаса Беньямина Малета около десяти дней назад. Кульминацией этого процесса стала суббота, когда комья земли на могиле Беньямина (да будет благословенна его память) еще не успели высохнуть. Все началось с классического обвинения жертвы в стиле «что они там делали», «это вообще зона А» (что не соответствует действительности), «что им там искать».
«Господа, это не теракт», — заявил в интервью бывший командующий Центральным военным округом Ави Мизрахи. — «Если бы поселенцы не пришли в Тель, вы думаете, там был бы теракт?». Верно, господин Мизрахи, может быть, было бы лучше, если бы мы заперлись в Беэри и Кфар-Азе?
Это продолжилось обвинением путешественников в том, что они якобы пришли устроить провокацию, как выразился генерал-майор в отставке Нимрод Шефер: «Легко представить, что случилось бы с группой вооруженных палестинцев, которые пришли бы "погулять" в поселении».
Оставим в стороне то, что речь идет о семьях с детьми, что это абсолютная ложь, и что даже если бы они устроили провокацию, это вовсе не повод их убивать. Нужно ли Шеферу освежить память о том, чем заканчивается, когда группа вооруженных палестинцев приходит «погулять» в поселении?
Параллельно с этим левые выразили соболезнования пострадавшим с обеих сторон, как израильтянам, так и арабам, как будто здесь нет нападающей стороны и жертвы.
Путешественники были атакованы толпой из деревни Тель, и даже после этого, когда пришла помощь со стороны ЦАХАЛ и отряда самообороны, они не открыли огонь. Напротив, Беньямин Малет (да будет благословенна его память) опустил ремень оружия, чтобы отогнать нападавших без стрельбы, а те, кто схватил оружие, стрелял и убивал — это были арабы.
Но самое уродливое — это этап, на котором обвиняют поселенцев в убийстве Юваля Эзры (да будет благословенна его память). Отец Юваля, Хаим, рассказал, что в комментариях к постам о гибели сына он столкнулся с ненавистью такой силы, в существование которой не верил. Его сын услышал о евреях, попавших в беду, побежал им помочь и был застрелен. В комментариях он обнаружил, что на спине его сына дерутся полные ненависти израильтяне.
Хаим попросил нас помнить:
«Враги есть снаружи, внутри нас есть только соперники. Евреи не являются врагами друг другу».
Жители фермы Гилад сами пришли на похороны Юваля. Они возложили венок от имени поселения, которое само оплакивало одного из своих сыновей, вызванного на место; офицер безопасности поселения пришел поддержать павшего брата по оружию, а вдова Беньямина записала сообщение семье Юваля, скорбя о своей собственной утрате.
Это была тяжелая неделя, и не только из-за теракта. Претензии к легкомыслию путешественников, если таковое было, могут звучать и без пены ненависти. Ведь всего днем ранее был тяжело ранен еврей, пришедший тушить умышленный поджог, устроенный арабами. Каждый день происходят нападения на пастухов, забрасывание камнями или поджоги. Когда боевики «Нухбы» мчались к кибуцам приграничья, они ликовали, что идут убивать поселенцев.
В глазах врага все мы смертны, а в глазах генералов в отставке есть разница между кровью и кровью, между Кфар-Азой и фермой Гилад.
«Тогда сказал Сатана: этот укрепленный — как мне его одолеть», — писал Альтерман. — «Только это сделаю: помрачу его разум, и он забудет, что с ним правда».
Существует широкая и слишком доминирующая часть израильтян, чей разум помрачен, которые не умеют отличить добро от зла, жертву от нападающего. Есть те, кто не проснулся после 7 октября.
