Этот шаг Симхи Ротмана еще окажется одним из важнейших, сделанных здесь

Заседание комиссии Кнессета по законодательству, посвященное законопроекту депутата Симхи Ротмана о формировании составов судей путем лотереи, может стать одним из ключевых моментов в борьбе за структуру власти в Израиле. Именно потому, что речь идет о предложении, которое на первый взгляд кажется сугубо техническим, оно может оказаться гораздо эффективнее широкомасштабных конституционных реформ, которые в конечном итоге сталкиваются с резким сопротивлением и даже судебной отменой.

В последние недели израильская общественность получила еще одно напоминание о значимости вопроса судейских составов. БАГАЦ отклонил петицию против назначения Романа Гофмана большинством 2 против 1, где судьи Алекс Штейн и Офер Гроскопф одержали верх над судьей Дафной Барак-Эрез. В вопросе назначения Давида Зини результат 2 против 1 повторился: на этот раз Штейн и Гила Канфи-Штейниц оказались в большинстве, а Ицхак Амит — в меньшинстве.

Однако параллельно, в других делах с явным политическим подтекстом, мы видим совершенно иные составы. В петиции по вопросу назначения в газету «Гаарец» заседают Барак-Эрез, Рут Ронен и Халед Кабуб. В петиции против назначения совета Второго управления телерадиовещания снова был определен состав, в котором Барак-Эрез и Рут Ронен составляют встроенное большинство. Сторонний наблюдатель с трудом может избавиться от ощущения, что исход многих дел зависит не только от качества юридических аргументов, но и от личности судей, выбранных для их рассмотрения.

До прошлого года судья Амит имел обыкновение устанавливать в принципиальных делах почти фиксированные составы по принципу старшинства (сеньорити) — он сам, Ноам Сольберг и Дафна Барак-Эрез. В СМИ даже сообщалось, что Сольберг ясно дал понять Амиту, что больше не готов служить «фиговым листком» в составе, где результат известен заранее. Позже появились сообщения об остром конфликте между судьей Давидом Минцем и Амитом вокруг распределения дел в судебном графике, после того как Минц посчитал, что были предприняты шаги, направленные на влияние на состав, который будет рассматривать повторное слушание по делу о Комиссии по делам государственной службы.

Верховный суд сегодня разделен, если говорить грубо, на две группы. Одна, гиперактивистская, включает Амита, Барак-Эрез, Рут Ронен и Халеда Кабуба, к которым обычно присоединяется Офер Гроскопф. Напротив стоят Ноам Сольберг, Давид Минц, Гила Канфи-Штейниц, Яэль Вильнер и Алекс Штейн, придерживающиеся более сдержанного подхода. Когда внутренняя карта столь ясна, вопрос состава иногда становится почти таким же важным, как и сам юридический предмет спора.

На протяжении многих лет председатель Верховного суда пользовался почти неограниченными полномочиями по определению составов. С формальной точки зрения речь идет об административном полномочии, но на практике это один из самых влиятельных рычагов в системе. Ведь во многих делах важно не только то, каков закон, но и то, кто именно будет его толковать. Чем больше суд вовлечен в назначения, правительственную политику, полномочия министров и даже поправки к Основным законам, тем выше значимость механизма формирования составов.

Не случайно профессор Йонатан Гивати из Еврейского университета опубликовал ряд исследований, указывающих на манипуляции со стороны председателей Верховного суда при определении составов. Гивати, который стажировался в Верховном суде и хорошо знаком с его работой, подчеркнул, что использование этого полномочия не является нейтральным, как это принято представлять. Также сообщение судебного управления накануне заседания о том, что оно формулирует упорядоченную процедуру определения составов, свидетельствует о том, что даже внутри системы существует понимание: нынешняя ситуация с трудом выдерживает проверку на прозрачность и общественное доверие.

Сравнительный взгляд еще больше усиливает необходимость перемен. Многие конституционные суды в мире заседают в полном составе, и поэтому опасения манипуляций там не существует. Верховный суд США также заседает в полном составе, в то время как в федеральных судах принята лотерея для определения составов.

Поэтому, если Кнессет стремится произвести реальные изменения в структуре власти в Израиле и в отношениях между ветвями власти, возможно, путь лежит не через грандиозные реформы, а через гораздо более простой шаг: установление обязанности случайной лотереи при формировании составов Верховного суда, по крайней мере в делах, имеющих явное общественное и политическое значение.

Таким образом, даже если мы осознаем, что судьи — это те, кого французы насмешливо называли «политиками в мантиях», по крайней мере с помощью лотереи можно будет гарантировать, что один политический лагерь не всегда будет на стороне проигравших. А ведь Ицхак Амит — эксперт в перемещении ворот так, чтобы его политическая команда почти всегда побеждала.

Лотерея не изменит взглядов судей, но она обеспечит одну жизненно важную вещь: общественность сможет верить, что личности судей в деле определяются по эгалитарным и прозрачным правилам, а не по усмотрению того, кто стоит во главе системы.

Автор — эксперт по конституционному праву и основатель «Масад ха-Арец» — исследовательского института народа Израиля.