Газетная вырезка, определившая жизнь: чему я научился у Эли Визеля
В архиве Эли Визеля была найдена маленькая газетная вырезка 1962 года, которая стала поворотным моментом в его жизни. В ней драматург Артур Миллер назвал Холокост лишь «маленьким эпизодом» в истории, что побудило Визеля посвятить себя сохранению памяти об этой трагедии для всего мира.
Однажды, сканируя одну из 330 коробок с документами из архива Эли Визеля, я обнаружил крошечную газетную вырезку размером 5 на 2 сантиметра. По шрифту и ширине колонки было легко определить, что она из «Нью-Йорк таймс». На обороте значился 1962 год. Текст представлял собой вопрос журналиста и ответ известного еврейского писателя и драматурга Артура Миллера. Спустя 18 лет после Холокоста журналист спросил: «Как, по вашему мнению, будут помнить Холокост через сто лет?», на что Миллер ответил: «Холокост будет маленьким эпизодом в еврейской истории».
Я спросил Визеля: «Почему вы вырезали и сохранили этот отрывок?», и его ответ стал самым важным из всего, что я слышал от него за 33 года нашего знакомства. «Когда я прочитал слова Артура Миллера, я в тот же момент решил посвятить свою жизнь сохранению памяти о Холокосте в культуре народов. Холокост не будет эпизодом, он будет иметь значение для всего мира», — ответил он. Спустя 24 года, в 1986 году, мир признал его выдающиеся заслуги в этой деятельности, и Нобелевский комитет присудил ему Нобелевскую премию мира.
Дни Холокоста
Если бы Эли Визеля спросили, что написать на его надгробии, он бы ответил: «Учитель, борец за свой народ». В четырех словах он резюмировал бы всю свою жизнь: от рождения в городе Сигет (Румыния) 28 сентября 1928 года до последнего дня в Нью-Йорке 2 июля 2016 года. Если бы добавили вопрос о том, как отметить годы его жизни, он бы попросил использовать только еврейский календарь: 16 тишрея 5689 — 26 сивана 5776.
Эли Визель всю жизнь остерегался гордыни, хотя имел тысячи причин гордиться своими достижениями. В одном он не сдерживался — в своей идентичности как еврея и вере в Творца. Тяжелейший опыт Холокоста пробудил в нем, как он сам это определял, «раненую веру». Но она никогда не приводила его к отказу от нее. Напротив. Я вспоминаю беседу с раввином Иегудой Амиталем, добрым другом Визеля. Узнав о взглядах Визеля на веру, раввин Амиталь ответил с величием духа: «Эли Визель — истинно верующий. После того, что видели его глаза, ему определенно позволено задавать трудные вопросы. Я тоже так делал». Когда я передал это Визелю, он ответил: «После Холокоста невозможно не задавать вопросы на темы веры».
Вопрос веры стал одним из центральных в творчестве Эли Визеля. В своей книге «Город удачи» он пишет: «Весь тот год Михаэль не переставал преданно следовать за Богом. Ночи напролет он лишал себя сна, чтобы исследовать себя и слышать голос древних — возможно, они знают. Я продолжу следовать за Ним повсюду, во времени и во вселенной. Он не ускользнет из моих рук. Я буду преследовать Его. Будь что будет. Захочет Он того или нет. Он забрал у меня мое детство, а значит, я вправе спросить, что Он с ним сделал».
Эли Визель посвятил жизнь увековечиванию памяти шести миллионов евреев, уничтоженных в Холокосте, и интеграции этой памяти в мировую культуру. В мае 1944 года 13 000 евреев его родного Сигета были увезены в Освенцим. Его мать и младшая сестра Ципора были убиты вскоре после прибытия в Биркенау. «Мы видели, — описывал он, — дым, в котором моя мать и сестра поднялись к небесам». Он и его отец были принуждены к каторжным работам до января 1945 года, а затем прошли «марш смерти» в Бухенвальд. Его отец скончался незадолго до освобождения лагеря американской армией.
После войны Эли Визель оказался в детском доме организации OSE во Франции. Там его нашли две спасшиеся сестры, увидевшие его фотографию в еврейской газете. Позже он учился в Сорбонне, а в 1949 году начал журналистскую карьеру, проработав 22 года в израильской газете «Едиот ахронот». С 1956 года он жил в США, сотрудничая с десятками изданий, включая «Форвертс» и «Нью-Йорк таймс».
В 1971 году он оставил прессу, а в 1972-м стал профессором в Сити-колледже Нью-Йорка. С 1976 года и в течение 36 лет он преподавал в Бостонском университете на кафедре гуманитарных исследований имени Меллона. В 1969 году Эли Визель женился на Марион Роуз, у них родился сын Элиша.
Литературное творчество
Его первая книга «Ночь» была опубликована на идише в 1956 году под названием «И мир молчал». Под давлением Франсуа Мориака в 1958 году вышла французская версия под названием «Ночь». С тех пор книга переведена более чем на сорок языков и стала самой известной в мире книгой о Холокосте. Всего Визель опубликовал 56 книг, включая романы «Город удачи», «Врата леса», «Нищий из Иерусалима», «Пятый сын» и автобиографию «Все реки текут в море».
За годы жизни Визель получил 142 почетные докторские степени. США наградили его Президентской медалью Свободы, Золотой медалью Конгресса и специальным знаком Статуи Свободы. Все доходы от книг и лекций о Холокосте он жертвовал на проекты в Израиле, включая иешиву имени своего отца Шломо и дома «Бейт Ципора» для эфиопских детей.
В отличие от многих еврейских писателей США, Визель не чувствовал себя «обвиняемым» и не занимался самобичеванием. Его персонажи — это евреи, которые сами предъявляют обвинения миру. Иудаизм был слишком дорог ему, чтобы он возлагал на него вину за происходящее.
Еврейство Советского Союза
Визель, сионист и сторонник Израиля, активно боролся за права евреев СССР. На вопрос, почему эта борьба была для него так важна, он отвечал: «Евреи Европы были уничтожены физически нацистами. Евреев Советского Союза русские хотели уничтожить духовно. Первое еврейский народ не сумел предотвратить, второе мы обязаны предотвратить». В течение 25 лет он ежедневно посвящал время помощи советским евреям. Его деятельность в области прав человека в Уганде, Дарфуре и других странах привела к присуждению ему Нобелевской премии мира в 1986 году.
Государство Израиль
Многих интересовало, почему Эли Визель не жил в Израиле. Сам он был раздираем противоречиями: «Мне не удается соединить Иерусалим небесный с Иерусалимом земным». Он был восторженным сионистом, но оставался в США, хотя и посещал Израиль с визитами. Ицхак Рабин называл его самым влиятельным евреем второй половины XX века.
Прежде всего, Визель был учителем. «Я люблю учить», — повторял он. За 36 лет в Бостонском университете он не пропустил ни одного занятия, оставаясь для студентов не просто лауреатом Нобелевской премии, а близким наставником. Эли Визеля больше нет, и никто не напишет о нем так, как писал бы он сам.
Д-р Йоэль Раппель — старший научный сотрудник Института исследования Холокоста в Университете Бар-Илан; основатель и директор архива Эли Визеля в Бостонском университете.
