Генинспектор выбрал сторону — и это не сторона закона
От вызывающего ответа юридическому советнику до пренебрежения профессиональными офицерами — Дани Леви закрепляет свое пребывание в должности как период величайшего упадка полиции. Пока генинспектор предпочитает личную лояльность министру верховенству закона, у оппозиции не остается иного выхода, кроме как заявить о намерении уволить его после смены власти.
Мы уже не раз упоминали о возможном испытании, перед которым может предстать генеральный инспектор полиции Дани Леви. Из-за войны этот момент был отложен, и не исключено, что решение вопроса затянется до выборов, когда политическая реальность может измениться.
И все же вероятность того, что Леви столкнется с самым драматичным конституционным вызовом в истории израильских госслужащих, остается высокой: кому он подчинится, если БАГАЦ прикажет премьер-министру уволить Итамара Бен-Гвира, а глава правительства, как он неоднократно заявлял, откажется исполнять это решение? Продолжит ли Леви подчиняться министру, которого суд признал нелегитимным?
До недавнего времени ответ был туманным. Отношения между генинспектором и министром носили характер «господин-слуга», однако случались проблески независимости — например, отказ Леви удовлетворить требование министра передать материалы расследования военной прокуратуры судье Ашеру Куле. Но после письма, которое Леви направил на этой неделе юридическому советнику правительства, сомнения исчезли: выбирая между законом и министром-правонарушителем, Леви выбирает последнего.
Конфликт начался с решения генинспектора подчиниться требованию Бен-Гвира изменить методы борьбы с подстрекательством. По закону, этот вопрос находится в ведении прокуратуры, а расследования ведут специалисты отдела разведки — такие, как подполковник Рути Хауслих, которую Бен-Гвир отказывается повышать в звании.
По иронии судьбы, Бен-Гвир, сам имеющий проблемы с законом в сфере подстрекательства, проявляет к этой теме болезненный интерес. Недавно он сопровождал полицейское подразделение под прицелом камер 14-го канала, врываясь в дома израильских арабов, словно речь шла о главах картелей. Бен-Гвир осознал потенциал этой сферы: запугивание демонстрантов для срыва протестов против правительства. Леви, к своему стыду, согласился на создание «специального отдела по подстрекательствам» под руководством лояльного министру Уди Ронена.
Заместители юридического советника правительства Шарон Афек и Гиль Лимон потребовали остановить деятельность этого «отдела», так как Ронен уже начал собирать данные на граждан, даже не подозреваемых в терроризме, с целью «инициировать расследования» и «свалить» неугодных. Когда читаешь переписку Ронена в WhatsApp, становится ясно, почему подобные дела должны оставаться в руках профессионалов под надзором прокуратуры. Уже сейчас известно о сотнях случаев необоснованного давления на мирных протестующих; страшно представить, что произойдет, когда Ронен развернет свою деятельность в полную силу.
«Складывающаяся картина вызывает реальное опасение нарушения прав человека и свободы слова», — написали Лимон и Афек генинспектору, подчеркнув, что министр не уполномочен вмешиваться в расследования или определять их политику. В ответ генинспектор фактически заявил: мне на вас плевать. Он предпочел подчиниться Бен-Гвиру, проигнорировав интерпретацию закона, данную юридическим советником правительства.
«Нижеподписавшийся продолжит сохранять независимость полиции», — написал Леви, обвинив юридических советников в «дешевых сплетнях» и потребовав не вмешиваться в кадровые назначения. Это событие стало водоразделом.
Период пребывания Леви на посту запомнится как время величайшего упадка полиции. Надежда на то, что он сумеет выпрямить спину, оказалась иллюзией. Мы запомним тех, кто действительно проявил стойкость, — например, подполковника Ринат Сабан, помощницу начальника отдела расследований. Бен-Гвир блокировал ее продвижение из-за того, что она была следователем по «делам тысячи». Леви не только не поддержал ее в суде, но и не пришел вручить ей звание. Каким маленьким он оказался на фоне ее стойкости.
Теперь история выходит за рамки обсуждения профессионализма генинспектора. Если Леви продолжит демонстративно игнорировать закон, лидеры оппозиции — Яир Лапид, Гади Айзенкот и Нафтали Беннет — должны открыто заявить: такой человек не может оставаться в должности, и его увольнение станет приоритетом после смены власти.
Важно подчеркнуть: в нормальной ситуации правительство не меняет руководителей силовых структур. Мы не США, и это правильно — назначения должны быть профессиональными. Однако ни одно правительство не может мириться с должностным лицом, которое демонстративно нарушает закон. Четкая позиция оппозиции может напомнить генинспектору, что он служит закону, а не министру, который в рекордно короткие сроки превратил его из бригадного генерала в главу полиции.
