Израиль — это не капитализм и не социализм, это клептократия | Проф. Ярон Зелиха

В экономическом дискурсе Израиля слова «капитализм» и «социализм» звучат почти в каждом политическом споре. Правые представляют себя сторонниками свободного рынка, в то время как левые гордятся заботой о слабых и стремлением к сокращению неравенства.

Однако, как и в бухгалтерском учете, в экономике порой верно правило, согласно которому сущность важнее формы. Вопрос не в том, как политики определяют себя, а в том, как они действуют на практике. И когда мы рассматриваем израильскую реальность последних двадцати лет, становится ясно, что она очень далека как от капитализма, так и от социализма.

Капитализм — это не только частная собственность. Это экономическая система, основанная на свободной конкуренции, открытом доступе к рынкам, предпринимательстве, защите частной собственности и минимально возможном государственном вмешательстве. В такой системе новые предприятия могут конкурировать со старыми, цены определяются спросом и предложением, а государство не выбирает победителей и проигравших.

Является ли это Израилем последних лет? Далеко нет.

Вместо открытых рынков мы получили рынки, контролируемые монополиями, дуополиями и эксклюзивными импортерами. Вместо конкуренции мы получили барьеры на импорт, громоздкое регулирование, лицензии и протекционизм, позволяющие узким группам контролировать целые отрасли — от продуктов питания до автомобилей, от сырья до потребительских товаров. Результат — одна из самых высоких стоимостей жизни в развитом мире, не потому, что израильтяне менее талантливы или менее эффективны, а потому, что конкуренция блокируется снова и снова.

Даже малый бизнес, который является естественным двигателем роста любой капиталистической экономики, не пользуется свободой действий. Он сталкивается с тяжелой бюрократией, сложным регулированием, трудностями с кредитованием, бременем косвенных налогов и нечестной конкуренцией со стороны бизнес-групп, пользующихся государственной защитой. Вместо того чтобы поощрять предпринимательство, государство превратило его в полосу препятствий.

Иными словами, правые правительства не построили в Израиле капиталистическую экономику. Они построили централизованную систему, в которой государство постоянно вмешивается — но не для усиления конкуренции, а зачастую для защиты существующих держателей власти.

А что насчет левых?

Социализм, или, по крайней мере, социал-демократия, не сводится к лозунгам о социальной справедливости. Его цель — сократить неравенство, укрепить государственные услуги и обеспечить более справедливое распределение плодов роста. Однако и здесь трудно утверждать, что израильская реальность отражает эти идеалы.

Израиль — одна из стран с самым высоким уровнем неравенства в развитом мире, а показатели бедности в нем — одни из самых высоких среди стран ОЭСР. Но что еще важнее, даже когда партии, ассоциирующиеся с левыми, удерживали рычаги экономического влияния или возглавляли министерство финансов, они не демонтировали центры концентрации власти, не отменили большинство льгот для групп интересов и не создали более конкурентные рынки.

Зачастую они сохраняли те же структуры власти и даже расширяли их. В то же время сильные профсоюзы, которые раньше воспринимались как неотъемлемая часть экономического левого крыла, оказались ассоциированными как раз с правыми правительствами. Реальность вновь отказалась соответствовать лозунгам.

Если так, то как правильно определить экономическую систему в Израиле?

В экономической литературе существует понятие, которое хорошо описывает такую реальность: «капитализм для своих» (Crony Capitalism). Это система, в которой успех бизнеса зависит не столько от инноваций, эффективности или конкуренции, сколько от близости к центрам политической власти. Правительство не сокращает свое участие в экономике, а использует его для предоставления преимуществ группам давления, монополиям, защищенным импортерам, сильным профсоюзам и владельцам капитала, связанным с политической системой.

Когда это явление становится глубоким и продолжительным, оно приближается к тому, что в политологии называют клептократией — режимом, при котором власть имущие используют государственные институты для перераспределения ресурсов от общества к приближенным группам.

Вот почему экономический спор в Израиле в значительной степени превратился в имитацию спора. Правые обвиняют левых в социализме, а левые обвиняют правых в «хищническом капитализме». На практике оба лагеря на протяжении многих лет использовали один и тот же базовый метод действий: использование государственной власти для вознаграждения групп поддержки и приближенных. Разница между ними заключается в основном в личности бенефициаров, а не в самом механизме.

Пока общественная дискуссия будет продолжать вестись вокруг идеологических ярлыков, а не вокруг сути политики, Израиль не будет ни капиталистическим, ни социал-демократическим. Он продолжит оставаться экономикой для своих — и все общество продолжит платить за это высокую цену в виде стоимости жизни, низкой производительности и чувства несправедливости.

Решение экономических проблем Израиля — это не «больше того же самого» и не переход из одной идеологической крайности в другую. Израилю не нужно больше «капитализма для своих» и не нужно больше «социализма для своих».

Ему нужна по-настоящему конкурентная экономика, в которой государство демонтирует монополии вместо того, чтобы защищать их, отменяет эксклюзивный импорт вместо того, чтобы увековечивать его, снижает ненужное регулирование для малого и среднего бизнеса вместо того, чтобы обременять его, и дает каждому предпринимателю равный шанс на конкуренцию.

Параллельно оно должно сосредоточить свои ресурсы на укреплении государственных услуг, которые действительно создают равенство возможностей — образование, здравоохранение, личная безопасность и инфраструктура, — а не на распределении льгот группам давления.

Роль государства — не выбирать победителей, а гарантировать, что каждый гражданин сможет конкурировать на честных условиях, пользоваться плодами конкуренции и знать, что его налоговые деньги служат всему обществу, а не кучке приближенных. Только экономика, основанная на реальной конкуренции, равенстве возможностей и верховенстве закона, сможет вернуть Израилю рост, снизить стоимость жизни и восстановить доверие общества к экономической системе.

Иными словами, капитализм — это не власть владельцев капитала. Социализм — это не власть политиков. Оба, каждый по-своему, призваны служить обществу. Как только власть начинает служить приближенным вместо граждан — это уже не идеология. Это просто клептократия.