Израиль на «Евровидении»: больше, чем песня — борьба за нормальность

Корпорация телевещания не упускает ни секунды в своих эфирах — и даже в эфирах конкурентов, — чтобы продвигать «Мишель» и Ноама Батана. Давно я не сталкивался с такой агрессивной и интенсивной кампанией. Если бы только, подумал я, другие кампании, касающиеся Израиля, отличались такой же степенью приверженности, креативности и стремления к успеху. Есть чему поучиться.

Я задался вопросом: что движет Корпорацией, откуда этот порыв продвигать песню, а через нее — статус Израиля на «Евровидении» и в мире в целом? Ответ, по всей видимости, прост. Мы — члены Европейского вещательного союза. «Евровидение» — венец деятельности этой организации, и Корпорации важно укреплять свои позиции в европейском медиапространстве.

В этом смысле, это еще и ответ внутри страны на угрозы правительства нанести удар по Корпорации, ограничить ее деятельность и поставить под вопрос само существование. Ведь это и есть ответ: головокружительный рейтинг, национальное событие, возможно, реальное достижение — попробуйте теперь навредить Корпорации. Это не негативное мышление, наоборот — оно креативно и плодотворно. Ведь на этой неделе правительство с энтузиазмом продвигает законопроект, призванный вернуть Корпорацию в лоно власти и позволить ей определять бюджет. То, что на простом языке называется политизацией общественного вещания в Государстве Израиль.

Но мне кажется, что за энтузиазмом вокруг «Евровидения» и недосягаемой «Мишель» стоит нечто большее. Это наше общее желание найти момент милосердия, момент нормальности в ненормальном мире. Наша реальность в Израиле действительно ненормальна. Любое событие вокруг нас принимает несоразмерные масштабы. Поэтому и «Евровидение» занимает в Израиле почти сакральное место. Это популярный международный конкурс, но я сомневаюсь, что в других странах он приковывает к себе столько внимания, сколько у нас.

Измотанные и уставшие

Мы живем в состоянии войны уже почти три года, а по правде говоря — гораздо дольше. Реальность в Израиле — это постоянное напряжение, короткие и затяжные войны, а в последние годы — еще и исключительная внутренняя борьба. Это утомляет. Некоторые уезжают, и это больно, но большинство остается здесь — чтобы поддерживать независимость и суверенитет государства, обеспечивать его демократическо-еврейские основы. Мы не сдаемся.

Внутри этой реальности мы просим самую малость: время от времени заниматься вещами легкими, приятными для слуха и сердца. Жить текущей жизнью, увлекаться событиями, которые сами по себе не имеют глобального значения, но создают иную реальность. Мы этого заслуживаем. Так живет большинство в мире, почему нам суждено иначе?

Корпорация телевещания уловила это. Она поставляет нам базовый товар — нормальность, на которую уповают многие израильтяне. По правде говоря, это удается не всегда, потому что в перерывах в эфир все же прокрадываются сообщения о беспилотниках «Хезболлы», атакующих ЦАХАЛ в Южном Ливане, о новых угрозах ХАМАС в Газе и о затягивающихся переговорах между США и Ираном. Эту реальность невозможно стереть, она всегда рядом.

Невозможно игнорировать и напоминание, которое Корпорация получила на этой неделе. Ее существование, с точки зрения правительства, находится под вопросом. Власть хочет вернуться в «те самые добрые времена», когда бюджет Управления телерадиовещания утверждался правительством. Это была прекрасная возможность для министров и премьер-министра свести счеты с Управлением, публично выпороть его и потребовать «корректировок» в бюджете. Замените слово «Управление» на «Корпорация» — и вы поймете, что ничего не изменилось.

Нелестное зеркало

Мы доехали до Вены, чтобы понять: наши проблемы не заканчиваются на ближневосточной арене. Куда бы мы ни пошли, они следуют за нами. Это зеркало, отражающее наш шаткий международный статус. Пять стран отказались от участия в «Евровидении» из-за нас, да и у большинства остальных мы не пользуемся особой популярностью.

Министерство иностранных дел также осознало вызов «Евровидения» и, согласно «Нью-Йорк Таймс», инвестировало около миллиона долларов в операции по оказанию влияния, чтобы усилить поддержку израильской песни. Я полагаю, что в этом есть смысл. Это «мягкая сила», актуальная для публичной дипломатии. Было бы интересно узнать, сколько министерство вкладывает в другие операции, чтобы отразить международную критику в адрес Израиля, которая становится все более жесткой.

Трудно освободиться от напряженности в отношениях с Европой, которая угрожает нам санкциями и отказывается поддерживать борьбу с иранским атомом. В Вену отправили корреспондентов по вопросам культуры, но они вели репортажи так, будто были военными журналистами на фронте. Они искали в толпе «врагов» — тех, кто размахивает флагами Палестинской автономии, тех, кто кричит «геноцид». Там это тоже было своего рода противостоянием, и наш представитель, Ноам Батан, признался, что искал в толпе точки света — флаги Израиля, — чтобы укрепить себя. Мило.

Премьер-министр дал интервью программе «60 минут» на CBS. Из его слов следует, что война далека от завершения, обогащенный уран все еще в руках иранцев, а «Хезболла» не прекращает атаковать силы ЦАХАЛ. Премьер-министр готов продолжать до бесконечности.

Боюсь, он неверно считывает общественные настроения. В его глазах национальная стойкость — это готовность сражаться бесконечно. Он ошибается. Национальная стойкость — это необходимость поддерживать процветающее государство, предлагающее гражданам богатую и разнообразную жизнь. Войны вспыхивают, чтобы устранить экзистенциальные угрозы, но это исключение. Правило же — это чистое человеческое желание жить так, как живут в Европе, Азии и США. Жить. Это правило, а остальное — исключение.

Автор — декан Хибру Юнион Колледж в Иерусалиме, бывший министр по делам диаспоры и пресс-секретарь ЦАХАЛ.