Как Бенет отдаляет от себя Айзенкота

Есть моменты в политике, когда можно распознать не просто ошибку, а глубокое непонимание реальности. Это именно тот случай в отношениях Нафтали Бенета и Гади Айзенкота. Бенет действует так, будто ведет переговоры с политиком старой закалки: оказывает давление через СМИ, «сливает» опросы, мобилизует «источники в лагере», создает искусственное чувство срочности и рассчитывает на то, что вторая сторона в конце концов сломается. Однако в данном случае этот шаг не только не работает, но и дает обратный результат: Айзенкот не только не поддается давлению, он отдаляется. И это не предположение — это точное прочтение личности.

Айзенкот — исключительный политик на израильском ландшафте: предельно деловой, почти равнодушный к фоновому шуму, обладающий непостижимой тихой силой и, прежде всего, не принимающий решений под принуждением. Тот, кто пытается загнать его в угол, быстро обнаруживает, что сдвинулась не стена, а он сам. Но здесь кроется более глубокая ошибка Бенета, и она уже не личная, а стратегическая: Айзенкот сильнее, чем кажется, а Бенет слабее, чем транслирует.

Вопреки нарративу, который пытается создать Бенет, глубинные исследования и опросы последнего времени указывают на сложную и даже противоположную картину: партия Айзенкота не только не уступает партии Бенета, во многих случаях она ее обходит. А в действительно критическом показателе — соответствии на пост премьер-министра — разрыв становится драматическим и стабильным. Айзенкот пользуется значительным и постоянным преимуществом над Бенетом. Общественность не просто видит в нем альтернативу, а считает его предпочтительным кандидатом на руководство. Также в недавних опросах пользователей заметна та же тенденция: Айзенкот воспринимается как лидер оппозиции с явным отрывом. Более того, сценарии, проверяющие объединение под его руководством, указывают на потенциал расширения блока, в том числе за счет привлечения голосов справа и увеличения силы объединенной партии. Это момент, который Бенету трудно переварить, но с ним сложно спорить: само предположение, что он является «естественным лидером» и что Айзенкот должен встать в строй за ним, просто не выдерживает критики перед лицом данных.

Кроме того, одной из больших ошибок в политическом дискурсе вокруг Айзенкота является его автоматическое клеймение как представителя «оборонного центра-лево». На деле реальность гораздо сложнее. Айзенкоту удается проникать в аудитории, которые Бенету уже трудно удерживать, особенно среди избирателей «мягкого правого» фланга, ищущих государственную оборонную фигуру, не клановую и не обремененную тяжелым политическим багажом. Он воспринимается как надежный, сбалансированный и не подстрекательский политик, что позволяет ему привлекать аудиторию с обеих сторон карты. Проще говоря: Айзенкот не только не теряет правых, ему удается приводить голоса из «мягкого правого» лагеря гораздо успешнее Бенета, который, вопреки расхожему мнению, вовсе не пользуется доверием среди правой аудитории.

Но здесь есть и более глубокий пласт, который Бенет полностью игнорирует: политическая социология. Айзенкот — выходец из периферии, сын восточной семьи (мизрахи), с долгим оборонным путем, а не классическим элитарным маршрутом. Это не второстепенная биографическая деталь, это точка глубокой связи с широкими слоями израильского общества. Он воспринимается как более аутентичный, более близкий, не «пришедший сверху». Для многих восточных избирателей это значимо. Для женщин это значимо не меньше. Его сдержанный, деловой, не подстрекательский образ создает высокий уровень доверия — аудитория, в которой Бенет никогда не мог закрепить явное преимущество.

И здесь мы возвращаемся к методу Бенета и, прежде всего, к утечкам опросов. То, что выглядит как попытка создать импульс (моментум), на деле воспринимается как оказание давления. А когда это прозрачно, это вредит. Лидеру, уверенному в себе, не нужно сливать опрос каждые два дня, чтобы убедить всех в своем лидерстве. Когда кампания опирается на это, она транслирует ровно обратное: неуверенность. Но в случае с Айзенкотом это серьезнее, потому что это просто не работает. Он не принимает решения на основе волатильных опросов за месяцы до закрытия списков. Его не волнуют заголовки. И главное — он не реагирует на давление. Напротив. Чем больше пытаются «зажать его» через заказное и искусственное общественное мнение, тем больше он отдаляется, главным образом потому, что его реальные данные представляют совершенно иную картину.

Здесь находится истинная точка разногласия: Бенет относится к объединению как к цели, которую нужно достичь сейчас, быстро, любой ценой. Айзенкот видит в нем возможный результат процесса, если и когда созреют условия. И между этими двумя подходами на данный момент нет точки соприкосновения. В сухом остатке, если Бенет хочет союза с Айзенкотом, он должен понять простую вещь: давление не сработает. Ни через опросы, ни через СМИ, ни через «источники в лагере». Его об этом предупреждали, но сейчас он делает ровно обратное. И при таком темпе он не только не приближает объединение, он делает его все менее и менее возможным. Айзенкот уже доказывал и заявлял в прошлом, что сделает все для победы и, более того, будет «ответственным взрослым» в момент истины. Последние недели ставят вопрос: сделает ли это и Бенет?