Карты Нетаниягу

Ошибаются те, кто полагает, что события, связанные с соглашением между Ираном и США, затруднят положение Биньямина Нетаниягу на выборах. Это не означает, что предвыборная гонка будет простой или что борьба с левым лагерем во главе с Гади Айзенкотом окажется легкой. Однако формирующаяся сделка между Тегераном и Вашингтоном не станет препятствием для премьер-министра. Напротив, если уж на то пошло, этот кризис сыграет ему на руку.

На протяжении многих лет Нетаниягу был самой узнаваемой фигурой, когда речь заходила об угрозе ядерного оружия и борьбе с Ираном. Если Иран остается источником опасности, то это лишь продолжение знакомого сценария, а для избирателя привычное зачастую предпочтительнее неизвестного. И дело не только в узнаваемости. В годы, предшествовавшие 7 октября, Нетаниягу представляли как поджигателя войны, готового поссориться с Бараком Обамой ради «безумной мечты» о ненужном ударе по Ирану. Но после резни, кольца огня вокруг нас и успешных ударов по Ирану, Нетаниягу сможет легко выстроить кампанию на тезисе: «Я был прав тогда и прав сегодня. Я единственный, кто видел опасность, и именно мне предстоит с ней бороться. Я умел противостоять Обаме и буду знать, как действовать перед лицом Дональда Трампа».

Его оппоненты из лагеря мира, будь они последовательны, должны были бы сейчас утверждать, что он настаивает на своей позиции, поскольку продолжение войны с Ираном отвечает его интересам. Однако их собственная политическая линия вынуждает их уйти в сторону. Они сами давно стремились закончить войну — кто-то до входа в Рафиах, кто-то до сокрушительных ударов в Ливане. Им Нетаниягу скажет прямо: «Вы, которые хотели избежать войны и давно бы остановились, будете читать мне нотации?»

Он продолжит свой аргумент: «Перед лицом эмбарго на поставки оружия от Джо Байдена вы хранили молчание и нападали на меня, когда я критиковал администрацию США. Сможете ли вы противостоять Трампу?»

Нетаниягу понимает и другое. В отличие от Нафтали Беннета и Яира Лапида, которые объединились задолго до выборов и сейчас изматывают себя, премьер-министр осознает, что до голосования еще четыре месяца. Этого времени достаточно, чтобы новые события в сфере региональной безопасности изменили правила игры. Часто вспоминают Уинстона Черчилля, проигравшего выборы после Второй мировой войны. Но есть и пример Джорджа Буша-младшего, который на выборах 2004 года, будучи в Ираке с буксующей войной и обществом, выражающим недовольство, все же победил героя войны Джона Керри.

Нетаниягу сможет использовать текущую ситуацию подобным образом: тот, кто привел Израиль на арены, где его раньше не было, является тем самым человеком, который должен продолжать эту работу. Для широкой аудитории, воспринимающей соглашение между Ираном и США как американское отступление, нет причин, по которым Нетаниягу не смог бы защищать интересы страны лучше своих соперников. Тем более что в истории противостояния Нетаниягу с американскими президентами лишь укрепляли его позиции среди своих избирателей. Это было верно в отношении Обамы, Байдена и, вероятно, будет верно в контексте Трампа.

Постоянный цинизм может отмахнуться от этих аргументов как от «бибизма», лишенного глубины. Но тот факт, что он остается премьер-министром так долго, делает способность анализировать текущую реальность довольно простой. В окружении Нетаниягу принято говорить, что на каждые выборы они выходят так, будто собираются проиграть. Этого достаточно, чтобы понять: из текущего события можно построить успешную предвыборную кампанию.