Консерватизм как способ спасти полицию Израиля

В последние недели мы каждый субботний вечер наблюдаем шокирующие акты насилия на площади Габима. Например, через две недели после начала операции «Железные мечи»: правый активист, известный провокатор, прижимается к пожилой демонстрантке и с издевкой требует от нее заявить: «Слава ЦАХАЛу». Порядочный и законопослушный гражданин пытается встать между провокатором и его жертвой, и именно он — а не провокатор — задерживается полицией. На заднем плане слышны подбадривающие крики в адрес полицейского, который предает свои обязанности, а не в адрес гражданина, делающего то, что должен был сделать страж порядка: «Мы любим тебя, Мансур». На следующий день министр национальной безопасности и генеральный инспектор полиции спешат выразить «полную поддержку» полицейскому, задержавшему гражданина. Проходят еще недели, и спустя месяц после начала войны мы становимся свидетелями жесткого полицейского насилия и арестов демонстрантов на площади Габима и площади Хорев в Хайфе. Так действует политическая полиция. Так выглядит политизация правоохранительных органов. Так будет выглядеть — если мы не будем действовать — Государство Израиль на пути к диктатуре.

Политизация органов внутренней безопасности — признак темных режимов. Нет нужды обращаться к истории, чтобы убедиться: диктаторские режимы злоупотребляют полномочиями, предоставленными им и силовым структурам, не для обеспечения законности и правопорядка, а для укрепления собственной власти, подавления сопротивления и затыкания ртов оппонентам. К ужасу многих, Израиль приближается к той опасной зоне, где полиция становится инструментом на службе министра и премьер-министра, а не на службе государства.

В последнее время, под прикрытием войны, мы видим неоднократные нарушения министром Итамаром Бен-Гвиром своих обязанностей. Он использует предоставленные законом полномочия в явном противоречии с «документом о принципах», на который сам же согласился, чтобы подавлять оппозицию и укреплять контроль над полицией. БАГАЦ удовлетворил просьбу премьер-министра отложить обсуждение увольнения Бен-Гвира из-за состояния войны. Министр нагло использует эту отсрочку, чтобы назначать своих приближенных на важнейшие посты и продвигать государственный переворот, о котором министр юстиции объявил три года назад.

Недавно Бен-Гвир назначил доверенное лицо главой нового «отдела по подстрекательству», который является не чем иным, как инструментом преследования противников власти. Этот отдел поспешил отправить сообщения в WhatsApp офицерам полиции с приказом инициативно отслеживать высказывания «всех, кто их беспокоит», с безумной припиской: «Каждая собака получит свой день» (БАГАЦ на данный момент приостановил деятельность этого отдела). На наших глазах реализуется опасение, что следователи полиции не посмеют расследовать преступления представителей власти, тогда как журналисты, общественные деятели и члены оппозиции столкнутся с институционализированными издевательствами.

Мы наблюдаем ускоренный процесс политизации полиции: политические назначения, расширение полномочий, подавление протеста, ущемление свободы слова и изменение демократического дискурса. Министр действует политически, нанося ущерб профессиональной независимости полиции и ее государственному характеру. Смешивание политических интересов с работой правоохранителей представляет собой посягательство на свободы личности, попрание равенства перед законом и подрыв легитимности системы правоприменения. По вине министра полиция Израиля постепенно теряет доверие общественности, необходимое для ее функционирования.

Спасет ли Верховный суд в расширенном составе полицию Израиля из рук министра, который ежедневно наносит ущерб ее независимости и общественному имиджу? Опасение вмешательства правосудия в политическое поле понятно и оправдано. Политические вопросы должны оставаться вне рамок правосудия в силу того, что они «не подлежат судебному разбирательству». Однако на этот раз БАГАЦ обязан выступить против премьер-министра и Бен-Гвира, чтобы прекратить пагубное вмешательство в работу полиции. Распространенное деление на судей-активистов и судей-консерваторов, на мой взгляд, поверхностно. Юридический консерватизм не означает постоянного уклонения от конфронтации с исполнительной властью. Консерватизм — это мировоззрение, подчеркивающее важность сохранения независимости государственных институтов. Именно консерватизм видит своей целью сохранение существующего порядка и надлежащее функционирование институтов власти.

Сегодня мы переживаем ситуацию, когда нет «дневного света» между исполнительной и законодательной властью — обе контролируются правительством, и нет эффективного парламентского надзора за полицией. Когда нарушается общественный порядок и подрывается независимость полиции, чья роль заключается в охране этого порядка, есть ожидание, что суд возвысит свой голос, позаботится о восстановлении порядка и проконтролирует разрушительные действия правительства. Выступление Верховного суда против антидемократического поведения министра — это защита основ нашей хрупкой демократии, а не вмешательство в них.

Еще один аспект: Бен-Гвир в свое время пришел к соглашению с юридическим советником правительства. Этот «документ о принципах», в соответствии с которым министр обязался обеспечить независимую деятельность полиции, не родился в вакууме. Он был сформулирован из-за попытки правовой системы избежать вынесения этого взрывоопасного вопроса на рассмотрение суда, а также вследствие понимания Бен-Гвиром того, что его противоправное поведение подвергает его юридическому риску. Документ отражает надлежащую концепцию границ дозволенного во взаимодействии между министром и полицией.

В политической жизни, как и в отношениях между частными лицами, соглашения имеют значение. В отсутствие уважительных отношений между ветвями власти, когда министр Бен-Гвир постоянно нарушает документ о принципах, нет иного выхода, кроме требования вернуть полиции ее независимость путем увольнения министра с должности ответственного за внутреннюю безопасность.

Профессор Габриэла Шалев занимала пост посла Израиля в ООН.