Кто расследует следователей? Закон, который изменит МАХАШ
Закон об отделении МАХАШ от прокуратуры призван кардинально изменить систему правоприменения в Израиле. Новая книга депутата Кнессета Моше Саады раскрывает тревожные факты о сокрытии чувствительных расследований и злоупотреблении властью внутри системы.
Закон о МАХАШ, который выведет отдел по расследованию преступлений полицейских из подчинения прокуратуры, изменит систему правоприменения до неузнаваемости. На сегодняшний день симбиоз между полицией и прокуратурой почти абсолютен: следственный орган находится в прямом подчинении государственного прокурора и юридического советника правительства.
Нынешняя структура МАХАШ фактически лишает полицию Израиля самостоятельности при ведении чувствительных расследований, требуя полного согласования с прокуратурой. Последняя использует МАХАШ как «кнут» против любого полицейского, пытающегося проявить независимость. В последние годы отдел превратился в своего рода частную милицию, действующую в интересах руководства системы правоприменения.
Контроль над МАХАШ служил не только средством давления на «строптивых» сотрудников, но и инструментом закрытия дел, когда это было выгодно прокуратуре — например, в расследованиях против Биньямина Нетаниягу, где система действовала с особой одержимостью.
В своей новой книге «Преступники на службе закона» депутат Кнессета от «Ликуда» Моше Саада, бывший и.о. начальника МАХАШ, излагает леденящие кровь подробности событий, свидетелем которых он стал. Книга выходит в идеальный момент — накануне утверждения закона, инициированного самим Саадой, который должен положить конец этой порочной практике. Неудивительно, что юридический советник правительства Гали Бахарав-Миара и прокуратура приложили все усилия, чтобы остановить этот законопроект.
Сжатый и напуганный юрсоветник
Саада описывает случай, связанный с подозрениями в адрес тогдашнего генерального инспектора полиции Йоханана Данино. Когда Саада представил доказательства неуместных контактов Данино с подчиненной, государственный прокурор Шай Ницан не только проигнорировал их, но и совершил, по словам автора, явное воспрепятствование правосудию, приказав скрыть информацию.
Еще более показателен эпизод с делом Умм-эль-Хиран. Когда Саада пытался донести до юридического советника Авихая Мандельблита информацию о том, что инцидент не был терактом, он столкнулся с полным бездействием. На встрече, где должен был решаться вопрос о поведении генерального инспектора Рони Альшиха, Мандельблит, по описанию Саады, выглядел испуганным и неспособным контролировать ситуацию, позволив Альшиху диктовать повестку дня.
Туча над прокуратурой
В книге также подробно описывается «охота» на Нетаниягу. Саада рассказывает, как следователи полиции применяли незаконные методы давления на Нира Хефеца, чтобы превратить его в государственного свидетеля. Когда информация об этом была передана руководству МАХАШ, реакция была предсказуемой: попытка заблокировать получение данных. Даже доклад судьи в отставке Давида Розена, критиковавший прокуратуру за сокрытие фактов, не привел к реальным изменениям.
Партнеры Авигдора
Дело о назначении Романа Гофмана главой Моссада стало апогеем злоупотребления властью. Судья Верховного суда Алекс Штейн в своем решении фактически раскритиковал позицию юридического советника правительства, указав на отсутствие правовых оснований в ее действиях. В этот критический момент, когда выдающийся офицер подвергался травле, Авигдор Либерман предпочел остаться в стороне, в очередной раз подтвердив свою политическую лояльность блоку Лапида и Голана, а не национально-патриотическим ценностям.
