Кто следит за соблюдением соглашений Осло?
Уже не имеет значения, была ли верной сама идея подписания соглашений Осло. Важно задать другой вопрос: проверяло ли Государство Израиль, что произошло с договоренностями, на которых годами строилась концепция безопасности страны? Какие обязательства были нарушены, кто бил тревогу и каковы последствия этих нарушений для граждан Израиля?
На заседании подкомитета по делам Иудеи и Самарии при комиссии Кнессета по иностранным делам и безопасности был задан простой вопрос: кто следит за соблюдением соглашений Осло? Как в известной песне, все присутствующие — военные, эксперты и чиновники — лишь растерянно молчали, не имея ответа. Похоже, его никто даже не искал.
Эти грандиозные соглашения, подписанные 30 лет назад под аплодисменты как «великая надежда», превратились в обоюдоострый меч. Любой здравомыслящий человек, имеющий опыт заключения договоров, знает, как отслеживать их выполнение. Если арендатор нарушает условия, если отец не выполняет обязательства по опеке, если компания обманывает работника — это фиксируется. Несмотря на сложность и запутанность соглашений Осло, даже современные алгоритмы искусственного интеллекта могли бы дать ясную картину: соблюдает их лишь одна сторона — та, что рискует своей жизнью, придерживаясь буквы закона.
Та сторона, которая, по словам тогдашнего премьер-министра, если сложит оружие — лишит нас еврейского государства. Мы видим вооружения, предназначенные для войны, учения по захвату территорий, незаконное строительство и захват земель. Прежде всего, это жизнь в условиях полной незащищенности для еврейских жителей Иудеи и Самарии под постоянной угрозой террора, исходящего из зон, которые когда-то были красиво разделены на сектора A, B и C, а сегодня означают лишь вседозволенность.
Уже не важна политическая позиция и вопрос о том, было ли правильно подписывать те соглашения. Важно спросить: проверяло ли Государство Израиль, что произошло на самом деле с документами, на которых годами основывалась концепция безопасности? Какие обязательства были выполнены, какие нарушены, кто бил тревогу в режиме реального времени и каковы были последствия этих нарушений для безопасности граждан Израиля?
Представители Министерства обороны, Координатора действий правительства на территориях (КОГАТ) и Совета национальной безопасности (СНБ) тратят бесконечное количество слов, чтобы сказать председателю комиссии: «Мы не знаем». Ответственность лежит на их плечах, на плечах лиц, принимающих политические решения, и на депутатах Кнессета, которые отложили это критически важное обсуждение на последний момент.
Но в не меньшей степени ответственность лежит на тех, кто определяет повестку дня: о чем кричать во весь голос, какие темы считать приоритетными, против чего протестовать и что нам «категорически нельзя прощать». Пресса, которая безмолвствовала, когда закладывались основы предыдущей концепции, молчит и сейчас, перед лицом катастрофы, назревающей у нас на глазах. Мы вышли с заседания с ошеломленными лицами, осознавая, что закладываются основы для работы следственной комиссии, которая будет создана после следующей резни — если, конечно, останется кому ее создавать.
