Кто-то, с кем можно завоевывать

Десять лет назад на конференции в Междисциплинарном центре в Герцлии произошло необычное событие: генерал-майор (в отставке) Гади Шамни, командовавший Центральным военным округом в 2007–2009 годах, произнес слово «оккупация». И не просто произнес: «Мы довели оккупацию до уровня искусства, мы чемпионы в этом, — признал он тогда на конференции в 2016 году. — Я был командующим Центральным военным округом, “чемпионом оккупации”». Разумеется, Шамни был не первым, кто, сняв форму, предостерегал об опасностях, таящихся в продолжении контроля над миллионами палестинцев, но описание вышеупомянутого предприятия как «искусства» и возведение должности командующего округом в ранг мастера этого дела были относительно свежим случаем снятия масок человеком, который вышел из самого сердца системы и посвятил ей дни и ночи, рискуя своей жизнью.

Конечно, это было слишком поздно и ни на йоту не изменило курс, в конце которого — а он уже не за горами — Государство Израиль не сможет оставаться еврейским и демократическим государством. Напротив: через несколько месяцев после той речи в Белом доме сменилась власть, и можно было праздновать концепцию «ХАМАС — это актив», пресекая любую реальную инициативу по политическому урегулированию на Западном берегу. «Чемпионы оккупации» приходили и уходили, и судьба их карьеры определялась меньше вопросом о том, удалось ли им бескомпромиссно бороться с террором, соблюдая при этом закон (израильский и международный) и человеческую мораль, и больше тем, удалось ли им не слишком сильно разозлить лидеров поселенцев. Генералу-майору (в отставке) Ницану Алону, например, это, по-видимому, стоило поста начальника Генштаба.

В армии поняли намек, особенно после каденции генерал-майора (в отставке) Иегуды Фукса, на которого поставили клеймо из-за попыток действовать против еврейского террора. Его преемник, генерал-майор Ави Блут, — это уже «свой человек»: хотя он и пишет красивые письма об опасности еврейского террора — и получает осуждение справа даже за этот пустяк, — но чего он, в конце концов, просит? Не мешать ЦАХАЛу возводить на новые высоты тот шедевр, о котором говорил Шамни. И вот Блут пришел на прошлой неделе на конференцию «Союза ферм», рассыпался в пылких словах любви к проекту и даже определил его как такой, который «хорошо сочетается с концепцией безопасности. Он не противоречит ей, при условии, что это верно как в оперативном плане, так и в ценностном, и в соответствии с законом».

Что ж, мало того, что «закон», которым кичится Блут, — это тот самый закон, который отправляет Израиль в колонию прокаженных мира, у которого тоже есть «закон» и который распознает апартеид, когда им тычут в лицо: в одночасье Блут превратил один из самых горячих очагов насилия в отношении палестинцев, правозащитников, а также солдат, служащих под его командованием в округе, в объект гордости, который «хорошо сочетается с концепцией безопасности». Интересно, кстати, что это высказывание не удостоилось резкой критики за то, что офицер в форме высказывается по вопросу, который является, по меньшей мере, спорным.

Поскольку Блут (пока что) не начальник Генштаба, и уж точно не министр обороны или премьер-министр, остается только задаться вопросом, приемлемы ли его слова для начальника Генштаба Эяля Замира. То есть, берет ли он сам на себя ответственность за прямое признание одного из доводов, распространенных против Израиля даже среди его друзей, или того, что от них осталось: ЦАХАЛ не просто «удерживает» территории, захваченные почти 60 лет назад, до решения их судьбы, а принимает активное и даже восторженное участие в создании той самой необратимой реальности. Прозрачность обязательна: в конце концов, в Гааге тоже есть погода, и людям нужно будет знать, что упаковать.