Война ради отвлечения внимания
Идея о том, что премьер-министр может начать войну, чтобы отвлечь общественное мнение и предотвратить или отложить выборы, не является абсурдной. Однако не каждый начальник отдела в разведке является высокопоставленным представителем силовых структур, способным предупреждать о подобных вещах, тем более что Израиль и так уже находится в состоянии войны почти с каждой страной в регионе.
«Не мы инициировали создание зоны безопасности в Ливане, — заявили вчера в силовых структурах, — и не мы инициировали взрывоопасную ситуацию на Западном берегу в преддверии выборов. Все это — результат решений политического эшелона, и именно он должен позаботиться о ресурсах для решения этих проблем». Представитель силовых структур, высокопоставленный, стоит отметить, которому приписывалась эта цитата, также потрудился объяснить, что эти слова сказаны для того, чтобы «отразить», по его выражению, ситуацию в ЦАХАЛе и потребность в ресурсах.
И есть еще кое-что: после результатов праймериз один из комментаторов предположил, основываясь на разговоре с «высокопоставленным лицом в силовых структурах», как он его определил, что Биньямин Нетаниягу подготовил для себя удобный список «кивал», которые облегчат ему принятие решения о начале войны, чтобы отложить выборы или повлиять на их результаты. А если нужны доказательства с мест, то в другом месте цитировался высокопоставленный чиновник, утверждавший, что самолеты-заправщики «Гидеон», приземлившиеся в стране, являются частью подготовки к очередному раунду в Иране.
По мере приближения даты выборов опасение, что Биньямин Нетаниягу может инициировать военный шаг, чтобы укрепить свои политические позиции, занимает все больше места в общественном дискурсе. Это не новое утверждение, и оно не является абсурдным по своей сути, так как носит политический характер. «Война ради отвлечения внимания» — так это называют в научной литературе: использование внешнего конфликта для отвлечения внимания общественности от внутреннего кризиса. Фолклендская война 1982 года — наиболее классический пример, исследованный в этом контексте, с учетом инстинктивной склонности общественности, или, по крайней мере, ее значительной части, сплотить ряды перед лицом внешней угрозы и объединиться вокруг правительства и лидера. Тем не менее, исследования доказывают, что этот эффект не является автоматическим и ограничен во времени и результатами кампании. «Война ради отвлечения внимания» — это не билет в один конец.
И по поводу всего этого следует сказать три вещи: первая касается инфляционного использования определения «высокопоставленный представитель силовых структур». Не желая никого обидеть, и, конечно, без имен, стоит сказать здесь, что к этому кредиту доверия следует относиться с большой осторожностью. Это правда, что звание не гарантирует владение материалом, инновационное видение и креативность, и уж точно не красноречие, но все же — высокопоставленный чиновник есть высокопоставленный чиновник. Начальник отдела в разведке — это не высокопоставленный чиновник в Шабаке, и не каждый бывший офицер подразделения 8200 является высокопоставленным лицом в израильской разведке. И это не придирки. Когда говорят «высокопоставленный представитель силовых структур», существует тенденция приписывать ему глубокое знакомство с тем, что происходит на самом деле.
Второе замечание касается термина «война» или его синонимов — «конфликт» или «острый конфликт», «взрывоопасное событие», что, кстати, является несколько торжественным определением, «раунд» — термин, ставший привычным в наших краях, «кампания» — что, скажем так, немного заезженный термин — и так далее. И напрашивающийся вопрос в этом контексте: о какой войне-конфликте-раунде-взрывоопасности идет речь сейчас, и что именно имеют в виду высокопоставленные лица, говорящие об инициированной взрывоопасности перед выборами, потому что, если не считать Турцию, которая сейчас фигурирует в заголовках, Израиль и так находится в состоянии войны. Или, по крайней мере, в продолжающемся военном конфликте в секторе Газа и в Ливане, сталкивается с высокой взрывоопасностью на территориях и находится на грани взрывоопасности в Сирии. Раунд в Иране не состоится без американского одобрения, чего, вероятно, не произойдет до ноября. Так что остается? Турция? Это та инициированная война, которую Биньямин Нетаниягу «приготовит», чтобы избежать выборов или улучшить свои шансы?
То, что должно беспокоить избирателей, — это не конспирологический вопрос о том, какую войну придумает нам Биньямин Нетаниягу, а в какой войне мы все еще погрязли по уши. Даже если выбрать игнорирование правовой базы, требующей большинства в 80 депутатов Кнессета для переноса даты выборов, вопрос, который остается на повестке дня, заключается в том, почему именно этот аргумент занимает так много места в общественном пространстве. Итак, верно, как уже упоминалось, речь не идет о беспочвенном опасении, и все же между опасением и его реализацией лежит большая дистанция. Тем более, когда мы сидим на желтых линиях в секторе Газа и в Ливане и наносим удары в Сирии.
И следующий напрашивающийся вопрос: закончились ли другие аргументы? Демократический праздник в «Ликуде», например, который выдал искаженные праймериз с отвратительными результатами, которые, возможно, вытеснили из списка глубоко коррумпированные фигуры, такие как Сильман, но, несомненно, это не является выражением воплощения израильской мечты о другом лидерстве. Тем более после того, как некоторые ультраортодоксы рассказывают, как им платили за участие в этой демократической мечте. Другими словами, то, что должно беспокоить немалую часть избирателей в преддверии октября, — это не конспирологический вопрос о том, какую войну придумает нам Биньямин Нетаниягу, а в какой войне мы все еще погрязли по уши, как распределяется бремя и куда текут бюджеты. Кого покупают и кого продают. Все, что стоит на общественной повестке дня, открыто и обнажено уже четыре года.
