Резолюция 1701 установила верный порядок, Израиль платит за нерешительность в ее обеспечении | Шай Галь
Спустя двадцать лет после Второй ливанской войны резолюция 1701 ассоциируется прежде всего с неудачей в разоружении «Хезболлы». Однако, помимо этого, она обеспечила 17 лет относительной тишины, и извлеченный из нее урок актуален как никогда.
У успеха много отцов, а неудача — сирота. С наследием Второй ливанской войны произошло обратное. В течение двадцати лет у неудачи было немало «отцов»: Израиль, правительство Ливана, ВСООНЛ и международное сообщество. Именно успех остался невостребованным.
11 августа 2006 года Совет Безопасности ООН принял резолюцию 1701. Три дня спустя прекращение огня вступило в силу, и Вторая ливанская война завершилась. С тех пор прошло двадцать лет.
Резолюция 1701 провалилась как режим демилитаризации и обеспечения исполнения. «Хезболла» не была разоружена. Правительство Ливана не установило монополию на применение силы. ВСООНЛ не предотвратили усиление террористической организации. Но резолюция положила конец войне и сохранила порядок, который должен был наступить после нее.
В израильской памяти запечатлелись выводы комиссии Винограда о провалах в управлении Второй ливанской войной, в принятии решений, в готовности армии и в связи между военными действиями и политической целью. Отчет установил, что война закончилась без четкой военной победы и что ее результаты были серьезным упущением.
Отчет также установил, что резолюция 1701 и ее единогласное принятие Советом Безопасности были достижением для Израиля. Он разъяснил, что успех не зависит от полной реализации резолюции.
Израиль помнил вердикт о войне. Он забыл вердикт о порядке, который ее завершил.
С августа 2006 года до открытия фронта 8 октября 2023 года на северной границе было семнадцать лет отсутствия войны, наряду с инцидентами и нарушениями. Война 2006 года и цена, которую заплатили «Хезболла» и Ливан, создали сдерживание. Резолюция 1701 придала ему архитектуру.
Ливанская армия была развернута на юге, а контингент ВСООНЛ был расширен. Трение вдоль «Голубой линии» было введено в государственные и международные рамки посредством постоянного механизма координации между ЦАХАЛ, ливанской армией и международными силами, который был призван предотвратить переход от инцидента к войне.
Резолюция 1701 ограничивала применение силы; накопление силы она почти не ограничивала. «Хезболла» воспользовалась этим разрывом: тишина на границе, усиление за ней. Обеспечение исполнения порядка требовало рискнуть тишиной, чтобы сохранить ее; каждое нарушение, на которое не последовало ответа, финансировало следующую войну.
Литани никогда не был концепцией безопасности. Тот, кто продает ее общественности как таковую, продает географию как безопасность, а оккупацию как решение. Река не разоружает организацию; линия на карте не нейтрализует систему командования, финансирования, производства, контрабанды и обновления. Израилю не нужно больше Иудеи и Самарии в Ливане — враждебная территория, которую нужно удерживать, население, которым нужно управлять, маршруты, которые нужно охранять, и армия, которая истощается в контроле вместо достижения решительной победы. Вытеснение «Хезболлы» на север, пока она вооружена, — это не решительная победа. Это отсрочка.
Резолюция 1701 — это не «резолюция по Литани»: она требует юга без оружия и сил, которые не принадлежат государству Ливан и ВСООНЛ, а также разоружения ополчений, чтобы в Ливане не было оружия или власти вне государства.
«Хезболла» нарушала резолюцию 1701 в течение двадцати лет, но не смогла заменить ее. Она фактически удерживала независимую армию и право вето на войну и мир; ни армия, ни вето не получили легитимации. Разрушение ее военной мощи — это реализация резолюции 1701, а не отступление от нее. Упущением периода 2006–2023 годов было то, что Израиль смирился с ее нарушением.
Резолюция 1701 также не изобрела этот порядок. Она унаследовала его. Соглашение от 17 мая 1983 года, забытое мирное соглашение между Израилем и Ливаном, было призвано положить конец состоянию войны, урегулировать израильский вывод войск и закрепить суверенитет и границу между ними. Оно было сорвано под сирийским давлением и в конечном итоге отменено. Но его основополагающий принцип выжил: суверенный Ливан, без вооруженного вето ополчения или иностранного покровителя.
Дипломатия без обеспечения исполнения — это бумага; сила без политической цели — это следующий раунд. Израиль заменил обеспечение исполнения управлением конфликтом, а на других аренах он все еще откладывает политическое решение. Нерешительность, прокрастинация и избегание заканчиваются одним и тем же счетом: враг взимает с Израиля то, что он не взыскал с него вовремя.
Шай Галь — основатель и директор Line of State, международной стратегической фирмы, работающей с правительствами, институтами и лицами, принимающими решения, по вопросам стратегии, безопасности, рисков и принятия решений на сложных аренах.
