Тяжелый инцидент в Ливане доказал: культура сокрытия в ЦАХАЛе стала второй натурой | Ицхак Брик

Тяжелый инцидент, произошедший недавно на юге Ливана, в ходе которого двое военнослужащих ЦАХАЛа погибли и еще четверо получили тяжелые ранения в результате взрыва самодельного взрывного устройства, является открытой раной и ярким предупреждающим знаком. Инцидент произошел в доме, который, как утверждается, не был должным образом проверен: без предварительного обстрела из танкового орудия или артиллерии, без использования робота или служебной собаки для нейтрализации взрывных устройств в здании.

Вместо того чтобы командование ЦАХАЛа прямо посмотрело в лицо реальности и спросило себя, как подобное происходит сотни раз за три года войны — когда солдаты входят в здания для обыска без какой-либо процедуры проверки, и в результате мы насчитываем сотни погибших и тысячи раненых? Вместо того чтобы строго соблюдать оперативную дисциплину и выполнение приказов в точности, система предпочитает игнорировать проблему и концентрироваться на бюрократических и узких вопросах, таких как: было ли взрывное устройство заложено до прекращения огня или после, пытаясь тем самым доказать факт нарушения соглашения.

Если они придут к выводу, что нарушение было, это станет оправданием для политического эшелона возобновить войну, которая не принесет результата, улучшающего безопасность жителей Севера. Напротив, это приведет к новым запускам ракет и снарядов по населенным пунктам, обеспечив выживание правительства за счет безопасности государства, как это происходит уже долгое время, что повлечет за собой новые жертвы и углубит подрыв чувства безопасности граждан Израиля.

То, что происходит в армии, является явным симптомом порочной организационной культуры, в которой расследования замалчиваются, а отсутствие реальных выводов стало обычным делом. Когда высшее командование оторвано от поля боя, потеря оперативной дисциплины и трагические результаты не заставляют себя ждать. Солдаты на местах снова и снова платят своими жизнями из-за отсутствия базовых процедур безопасности и поведения, которое не соответствует реальным угрозам, ожидающим в каждом заброшенном здании.

Системная уязвимость: занятость техническим вопросом «было ли взрывное устройство заложено до или после прекращения огня?» предназначена для отвлечения внимания от главного упущения — отсутствия строгого соблюдения спасающих жизни оперативных протоколов и продолжения отправки сил на изматывающие миссии без ясной стратегической цели.

Тяжелые вопросы об оперативной цели: чему служат обыски на юге Ливана?

Помимо точечных провалов, возникает глубокий и болезненный стратегический вопрос: каков реальный вклад в безопасность населенных пунктов Севера тех самых сизифовых обысков на территории юга Ливана? Кому и чему это действительно служит?

Если бы ЦАХАЛ действительно контролировал пространство и обладал силой предотвратить проникновение террористов, в чем оперативная польза от обнаружения того или иного тайника с оружием, если у «Хезболлы» все равно нет возможности добраться до них или использовать их в этом очищенном пространстве? Из-за малочисленности и истощения армии она не в состоянии предотвратить проникновение террористов на территорию, находящуюся под ее контролем, и закладку дополнительных взрывных устройств. Реальность на местах доказывает, что проведение обысков, обнаружение оружия и нейтрализация взрывных устройств неэффективны.

Силы, удерживающие захваченные территории (около 8,5 км от границы до «желтой линии»), малочисленны из-за истощения армии, а удержание «желтой линии» дырявое, как сито. В этой ситуации «Хезболла» продолжает проникать и закладывать взрывные устройства, которые уносят человеческие жизни и приводят к тяжелым ранениям при обысках домов.

Исходя из этого, пока нет сил в достаточном объеме, которые герметично обеспечат «желтую линию» и предотвратят переход групп на юг, лучше прекратить эти обыски, если только они не будут проводиться с предварительными проверками перед входом солдат в здания, подозреваемые в минировании. Безусловно, стоит пересмотреть обыски, которые проводятся к северу от «желтой линии», поскольку их тяжелая цена больше не оправдывает их оперативную бесполезность.

Стратегический принцип

Истинная безопасность населенных пунктов Севера проистекает не из точечного обнаружения того или иного склада боеприпасов в сердце вражеской территории, а из прочной способности сдерживания, герметичного предотвращения проникновений на захваченную территорию и непрерывного и сильного оборонительного присутствия.

Критическая потребность: наращивание сил

Решение сложной ситуации в сфере безопасности кроется не в сизифовых показушных действиях, которые изматывают до основания как регулярные силы, так и резервистов, а в смелом наращивании сил. Сухопутная армия страдает сегодня от серьезной численной малочисленности и глубокого истощения, которые мешают ей должным образом выполнять центральную задачу по защите населенных пунктов Севера.

Вместо того чтобы сосредоточить усилия на увеличении численности сил, укреплении боеготовности и создании достаточной сухопутной мощи, отправляют то немногое, что есть, на миссии по обыску, которые проводятся вопреки приказам, где убытки превышают прибыль, оперативный вклад маргинален, а цена кровью наших солдат невыносима. Высшее командование должно перестать прятать голову в песок, отказаться от культуры сокрытия и сосредоточиться на том, что действительно важно: создании широкой, сильной и правильно подготовленной сухопутной силы, основанной на железной дисциплине, реальных выводах и прочной защите граждан страны.