Цена, которая не фигурирует ни в одном индексе: истинная стоимость жизни в Израиле

Бывают моменты, когда наш язык становится слишком бедным, чтобы вместить реальность. Мы привыкли говорить о «стоимости жизни» и сразу думать о цифрах, о загруженной рутине и о ежедневной борьбе за построение экономической стабильности. Но наряду со всей этой нагрузкой мы боимся остановиться и задать самый болезненный вопрос: а как же цена нашей души? Насколько она дорога нам?

Как только заглядываешь внутрь и прислушиваешься к сердцу, понимаешь простую истину. Истинная, чистая и самая кровоточащая стоимость жизни — это не та цена, которую мы платим за обеспечение нашей рутины; сама жизнь — это то, что действительно дорого, сердце и душа каждого из нас. Речь идет о стоимости жизни, которую никто не осмеливается назвать по имени: цена, которую израильская реальность взимает с нашей души. Цена тихая, раненая и кровоточащая, оставляющая нас с осколками, которые невозможно измерить ни на одном графике.

Эта цена измеряется в солдатах и солдатках, в бойцах и воительницах, в срочниках и резервистах, а также в гражданских лицах, которые якобы вернулись к рутине, но их душа осталась скованной и израненной в тихой битве, которая не отпускает. Борьба с душевной раной не нова, но с 7 октября этот разлом глубже, чем когда-либо. В последнее время мы являемся свидетелями потрясающей волны случаев суицида и скрытых критических состояний. Это касается лучших из наших сыновей и дочерей, и мы должны осознать: просить о помощи, кричать и признаваться в боли — это не слабость, а величайшая моральная добродетель и героизм. Есть способы лечения, и есть утешение, которое можно предложить, но чтобы это произошло, мы все призваны развивать более чуткое внимание, остановиться на мгновение и предоставить безопасное место каждому, кто несет невидимую глазу боль.

Сегодня, 12 августа, на кладбище отмечают день рождения тройни — Неты, Инбаль и Асафа Даган. Майор Асаф Даган, да будет благословенна его память, штурман боевой авиации в резерве, который служил и посвятил всего себя государству, нес в себе прозрачную и жгучую рану и ушел из жизни около двух лет назад. Его родители и сестры боролись без устали, пока его семья не добилась признания его павшим воином ЦАХАЛа, хотя это и не полное признание, которого он заслуживает. Замечательная и благородная семья Даган не остановилась на этом. Они борются каждый день ради других — чтобы история тех, кто сталкивается с подобной бедой, была написана иначе, ради других семей, для которых не будет слишком поздно, и им не придется сталкиваться с мучительным чувством, что, возможно, можно было добиться иного конца.

Справа налево: Асаф, Инбаль и Нета Даган (фото предоставлено семьей Даган)

История Асафа, да будет благословенна его память, напоминает нам, как важно просто смотреть в глаза, быть по-настоящему присутствующими и распознавать беду, когда она шепчет. Из трогательной борьбы семьи мы вместе подали законопроект, который обяжет ЦАХАЛ проверять и действовать по каждому обращению родственника первой степени, предупреждающего о душевном неблагополучии. Семьи первыми чувствуют дрожь, и именно они издают крик из любви, которая не зависит ни от чего.

В своем письме Асаф оставил слова, которые сегодня обретают иной смысл, слова, ставшие частью его завещания для родителей и сестер, которые продолжают действовать и выбирать жизнь ради других: «У вас есть все время, которое вам нужно для вещей, которые действительно важны для нас, касаться, быть внимательными и присутствующими. Вы удивитесь, сколько вещей можно увидеть и почувствовать, если только есть внимание. Может быть, можно остановиться и помочь кому-то, может быть, можно облегчить, может быть, можно на мгновение создать мир немного лучше и приятнее, чем этот мир. Будьте искренни в своих словах».

Сегодня, в день рождения этой удивительной тройни, среди боли и глубокой тоски, я хочу пожелать всем нам, чтобы мы удостоились испытать и распространить эту чистую и глубокую любовь, которая поддерживает членов этой семьи. Суицид — это не предопределенная судьба. Наш человеческий и моральный долг — быть там друг для друга в тихой битве за жизнь: дарить утешение, вовремя выслушать и выбирать каждый день заново создавать здесь мир немного лучше, сострадательнее и оптимистичнее. В конце концов, человеческая жизнь — это то, что действительно дорого нам. Я возношу глубокую молитву, чтобы мы продолжали идти вместе в этом путешествии и принесли исправление, в котором мы все так нуждаемся.