Предвыборный лозунг, который разоблачает: даже в «Ликуде» больше не верят в 62 мандата | Софи Рон-Мория

Предвыборный лозунг «Ликуда» — это официальное признание поражения, к которому готовится правящая партия. Политтехнологи стремятся подготовить «лекарство» от электорального удара, который, с их точки зрения, неизбежен. Можно бесконечно спорить о том, найдутся ли в верхушке «Ликуда» десять или хотя бы пять человек, доверяющих опросам Момо Фильбера. Но даже если они есть, оказывается, что их не допускают к принятию решений относительно кампании. Тот, кто сформулировал этот лозунг, не верит в 62 мандата для блока ультраортодоксов и «Ликуда» и поэтому ищет политическую альтернативу за два с половиной месяца до выборов, не дожидаясь «дня после».

Лозунг «широкое национальное правительство» на деле транслирует посыл, призванный закрепить Израиль как своего рода конституционную монархию по британскому образцу. Королевская семья — константа, но есть парламент и проводятся выборы. Если партия, которой симпатизируют король или королева, терпит поражение, монарх обязан принять волю избирателей и работать с премьер-министром, который не пользуется популярностью в королевском дворце.

Так, королева Виктория в 70-х и 80-х годах XIX века была вынуждена четырежды смириться с волей избирателей и работать с Уильямом Гладстоном, а не с Бенджамином Дизраэли, которому явно отдавала предпочтение. Но кто бы ни сидел в кресле премьера, королева сохраняла корону. Виктория оставалась на троне 63 года, до самой смерти.

«Широкое национальное правительство» в лозунге «Ликуда» — это смена коалиции без смены правящей семьи. У нынешнего правительства нет шансов на продолжение, у блока ультраортодоксов, ультраправых и «Ликуда» не просматривается большинство. Что делать? Поневоле создают другую коалицию во главе с Биньямином Нетаниягу. Ему придется взаимодействовать с партнерами, которых израильский избиратель, в своем упрямстве, вероятно, навяжет ему.

Что такое широкое национальное правительство?

Спросите сторонника «Ликуда» с улицы, какие партии он хотел бы видеть в «широкой национальной коалиции». Попросите его сформировать её. Он почешет в затылке и ответит: кто, собственно? Хорошо бы присоединить «потерявшихся» правых: Авигдора Либермана, Нафтали Беннета (ладно, пусть будет и Яир Лапид, раз уж они объединились), может быть, Гади Айзенкота. Без экстремистов — то есть Итамар Бен-Гвир вне игры.

А что с ультраортодоксами? Может быть, без «Еврейства Торы», но с ШАС. И Бецалель Смотрич тоже внутри. То есть «Ликуд», Смотрич и, возможно, ШАС — это порядка 35-36 мандатов согласно сегодняшним опросам, что требует присоединения как минимум двух дополнительных партий. Скажем, Беннет-Лапид и Либерман, или Айзенкот и Беннет-Лапид.

Широкое национальное правительство без экстремистов, без Бен-Гвира и без Яира Голана? Сделайте простой расчет. Без Голана и без Бен-Гвира блок из трех партий (Айзенкот, Либерман, Беннет-Лапид) обходит блок Нетаниягу-Смотрич-Дери-«Еврейство Торы». Так что заставит две из трех партий короновать Нетаниягу, когда у кандидата от оппозиции будет больше голосов в Кнессете? Если результаты выборов будут примерно такими, как сейчас, кто решил, что именно Нетаниягу, а не Айзенкот должен возглавить такое правительство?

Спросите воинствующего сторонника нынешнего правительства — человека из боевого ядра «Ликуда» или избирателей Смотрича. Не того, кто верит обещаниям 14-го канала и ждет 62 мандата, а того, кто считается с реальностью. Он скажет вам: широкое национальное правительство — это нынешнее правительство плюс партия, которая обеспечит большинство. Кто это будет? Беннет? Айзенкот? Либерман? Неважно, хватит одного из троих.

Даже жесткое ядро коалиции готово смириться с необходимостью «широкого национального правительства», только для них это означает просто расширение блока. Следующее правительство продолжит судебную реформу и выделение огромных бюджетов на ультраортодоксальную автономию, но бросит несколько костей из госбюджета партнеру вне блока, потому что без него нет большинства.

---

В принципе, когда на выборах нет однозначного решения, традиционный вариант — создание правительства национального единства. См. правительство Шамира-Переса в 1984 году. Глава крупной партии может предпочесть единство узкому правительству, если малые партии выдвигают чрезмерные требования — как поступил Ицхак Шамир в 1988 году. Или создать правительство единства и обмануть партнера при ротации, как поступили Перес в 1990 году и Нетаниягу в 2021 году («вонючий трюк» №1 и №2).

Только в 2001 году Ариэль Шарон создал правительство с партией «Авода» без ротации, так как был избран на прямых выборах премьер-министра после отставки Эхуда Барака без новых выборов в Кнессет. Но с тех пор церемония закончилась, Узи Ландау и Йоси Бейлин отменили закон о прямых выборах, и Израиль вернулся к полноценной парламентской республике.

Не зря словосочетание «правительство национального единства» было стерто из нарратива «Ликуда». Упаси боже упоминать такое, это немыслимо. Правительство национального единства — это правительство с ротацией, а такого зверя не существует, если только речь не идет о ротации внутри королевской семьи. Йонатан Хасон — единственный кандидат, который может заменить Нетаниягу на посту через два года. Лидеры оппозиционных партий не из семьи.

Без бойкотов

«Хватит бойкотов», — поют политтехнологи «Ликуда». Израиль попал в тяжелый политический кризис из-за отказа сторонников «только не Биби» сидеть с Нетаниягу. Пусть снимут бойкот, пусть войдут в широкое национальное правительство — и придет спасение.

Только тот, кто осуждает, сам грешен. Противники блока Нетаниягу трижды демонстрировали готовность отказаться от бойкотов. В ноябре 2019 года, когда Лапид и Ганц согласились на компромисс президента Реувена Ривлина о правительстве единства с ротацией (33 и 32 мандата), именно Нетаниягу отверг эту возможность. В марте 2020 года, когда Ганц присоединился к правительству, Нетаниягу нарушил соглашение и распустил кабинет, чтобы избежать ротации. В октябре 2023 года, когда Лапид и Либерман выразили готовность присоединиться к коалиции, выдвинув логичные условия, Нетаниягу категорически отказался.

Парадоксально, но именно оппозиционные партии способны сформировать широкое национальное правительство, если избиратель не обеспечит четкого решения между блоками. Дом на улице Бальфур не записан в реестре недвижимости на семью Нетаниягу. Вопрос «почему вы бойкотируете» следует адресовать представителям «Ликуда». Именно они бойкотируют любое правительство, которое не возглавляет Биньямин Нетаниягу, как будто Израиль — конституционная монархия, а не парламентская республика.

И напоследок, два слова о партии Ардана-Эдельштейна. Несколько лет назад Юлий Эдельштейн рассказывал историю о дедушке, которому шили брюки на бар-мицву внука. Спор о том, короткие они или длинные, привел к тому, что дедушка остался без брюк.

Судьбе было угодно, чтобы новая партия Гилада Ардана и Юлия Эдельштейна была поразительно похожа на те самые брюки. Она не исключает партнерства с арабской партией, хотя на самом деле исключает. Ардан и Эдельштейн поддержали создание госкомиссии по расследованию провала 7 октября, но на самом деле против неё. Партия не будет сидеть в узком правительстве оппозиции, а для блока Нетаниягу — с ней или без неё — правительство не просматривается.

На момент написания этих строк, в среду, партия, у которой еще нет названия, получает менее полутора процентов в опросах. Даже на короткие брюки этого не хватит. Так не входят в синагогу, да и в Кнессет тоже.